В зале музея древних культур, Трейси и ее подруга Шэрен изумленно рассматривают необычный предмет: нелепое соединение миндаля с керамической бронзовой фигуркой. В мгновение ока мужчина исчез, но его устремленные на них взгляды остались в дурацком анекдоте из загадочной разговорной языковой смеси....
— Заходи, — кивнул Ник.
Шэрен послушно пошла за ним, отметив, что Ник мастерски умеет перевоплощаться из мужчины, добивающегося женщины, во властного энергичного руководителя.
— Спасибо, — улыбался Ник, разговаривая по телефону. — Да, обязательно, — он взял протянутые документы и начал просматривать. — Слушай, Брендон, я перезвоню минут через десять-пятнадцать. — Он повесил трубку и обратился к Шэрен:
— Надеюсь, у тебя нет никаких планов на вечер?
У нее не было, но вслух она сказала:
— Конечно, есть!
— Какие, можно узнать?
— Свидание.
— Придется отложить, — не проявляя никаких признаков ревности, рассеянно произнес Ник. Он взял ручку и, склонившись над столом, начал подписывать соглашения. — Сегодня мы все сделали большое дело и обязаны это отметить.
Ник оторвался от документов и, покрутив ручку, интимно проговорил:
— Насколько я помню, там у тебя все прекрасно.
— А я зачем там? — пропуская его замечание, недоуменно воскликнула Шэрен. То, что после сделки все захотят расслабиться, было понятно, как и понятно, что будут там только мега-боссы, а ей среди них делать нечего.
— Шэрен, я не буду говорить тебе, что я так хочу. Я даже не буду говорить, что, возможно, хочу не только я. Скажу одно: ты тоже внесла свой вклад в это дело. Это и твоя победа.
Она улыбнулась.
— Хорошо, — с показным недовольством согласилась Шэрен. — И куда мне приехать?
— Тебе не нужно самой куда-то ехать, — не глядя на нее, отозвался Ник. — Ты поедешь со мной.
— Я поеду сама, — возразила она.
— Что за глупости! — Ник отложил ручку и бросил на нее задумчивый взгляд. — Если ты боишься меня, то обещаю: сегодня никаких рук, если сама не попросишь.
Шэрен закатила глаза, чтобы не начать улыбаться, как влюбленная глупышка, получающая истинное удовольствие от поддразниваний желанного мужчины, и надменно произнесла:
— Не хочу уязвлять твое непомерное самолюбие, но дело совершенно не в этом.
— Шэрен, я отвезу тебя домой, и если ты позволишь, утром отвезу на работу. — Ник, не скрывая намерений и отбросив маску образцового руководителя, поедал глазами ее стройные ноги и без стеснения заглядывал в вырез платья.
