В заброшенной деревне за окопами, где скрываются последние защитники города, свет изящных вишневых плантаций становится единственным источником тепла и жизни. Здесь мирно царит природный покой, даже между рывками артиллерийского огня, и любовь, как вишнёвые ягоды, тихо разрастается над уцелевшими жилищами и выжившими людьми....
Как вы думаете, где можно было оставить важные бумаги, точно зная, что грядут очень неспокойные времена и все, что к ним прилагается, – передел собственности, домов, контор, новые учреждения, если учитывать, что тот, кому адресованы бумаги, не агент КГБ и в обычном оперативном месте передачи не спрячешь?
– И так, чтобы никто не нашел, а если нашел, то не понял? – уточнила Ната.
– Да, – кивнул Кнуров. – Василий Корнеевич передал мне конверт с инструкциями, который оставил ему Игорь. Там адрес и приписка.
Сергей достал конверт, вытащил из него лист бумаги и протянул Веронике; она, прочитав, передала дальше.
«Ищи старые бумаги, вспомни имя, отчество и фамилию того человека, который давал тебе приют в коммуналке в восемьдесят пятом, вспомни и то, что он восемнадцатого года рождения».
– Была в этом конверте еще одна записка с другим адресом и той же информацией, на случай, если по первому будут утеряны данные. Адреса, уже известные вам, Василий Корнеевич, те которые оставлял вам Игорь, когда неожиданно уезжал.
– Сережа, не томи, где это было? – не удержалась Наталья.
– Это поликлиника, – усмехнулся Кнуров.
– Да ты что! А ведь точно, поликлиники никто никуда не переносил! – поразилась Наталья.
– Правильно, но даже если переносили, то архив сохраняли всегда. Старые бумаги – это архив. Василий Корнеевич отдал мне также инструкции, которые оставлял для него Игорь, в них написана фамилия того самого Леонида Ивановича, к которому вы якобы приезжали.
– Подожди, – прервала его Ната, – карточки сдают в архив, но через пять лет их передают в общегородской архив, а потом, кажется, уничтожают?
– Да, если человек умер или выбыл из города, не забрав карточку, но Леонид Иванович не умер, и карточка так и лежит в архиве много лет.
– Вы ее нашли, – констатировал Василий Корнеевич.
– Вот она.
Сергей достал из кожаной папки и положил на стол самую обыкновенную амбулаторную карту, не пухлую и потрепанную, как обычно у пожилых людей, а тонкую и аккуратную, которой явно редко пользовались.
– Просмотрев все записи, мы нашли только одну, не имеющую отношения к здоровью. Вы, Василий Корнеевич, потом сами посмотрите, может, что-то еще отыщете.
– Обязательно. Показывай, что нашли.
Сергей полистал страницы и где-то в середине карты в обычной врачебной записи о приеме пациента в конце листа наткнулся на приписку:
«Ищи богатство в святости женщин.
