В заброшенной деревне за окопами, где скрываются последние защитники города, свет изящных вишневых плантаций становится единственным источником тепла и жизни. Здесь мирно царит природный покой, даже между рывками артиллерийского огня, и любовь, как вишнёвые ягоды, тихо разрастается над уцелевшими жилищами и выжившими людьми....
Если поняли, кивните.
Ника торопливо кивнула. И еще кивнула раза два для убедительности.
Он осторожно убрал ладонь и развернул девушку к себе лицом.
Перед ней, воплощая ночные кошмары, стоял очень недовольный Сергей Викторович Кнуров.
«Уж лучше бы это был Михаил Иванович!» – подумала Вероника трусливо.
Ничего не говоря, Сергей опять ухватил ее за руку и потащил за собой. Она плелась сзади, стараясь поспевать за его широкими, почти неслышными шагами, с тоской представляя все, что сейчас услышит в свой адрес.
Они прошли между домами и через переулок вышли на соседнюю улицу, где обнаружилась его машина. Кнуров затолкал девушку на переднее пассажирское сиденье, обошел машину, сел за руль и развернулся к Нике всем корпусом.
Вероника молчала и смотрела вперед.
– У меня есть правило: если клиент выкидывает нечто подобное, я сразу разрываю с ним договор! – жестко, произнося каждое слово с нажимом, сказал Кнуров.
– Я понимаю, – ответила Вероника.
– В вашем случае я делаю исключение только потому, что Василий Корнеевич прочитал мне вашу записку и объяснил, насколько важно для вас было поздравить Марию Гавриловну именно в этот день и что она значит для вашей семьи.
– Не надо! – ответила Ника, сжав обеими руками ненужный теперь букет.
– Что не надо? – уточнил Кнуров.
– Не надо делать исключения! – посмотрела на него она. – Я не девочка пяти лет, чтобы меня сначала пожурить, а потом снисходительно погладить по головке и дать конфетку! Я отдавала себе отчет, какие могут быть последствия.
– Могли. – Он отвернулся от нее, завел машину и тронулся с места. – Почему вы не рассказали, что эта встреча так важна для вас, мне несложно было ее устроить, и обошлось бы без нервов и волнений?
– Мне очень стыдно, но я забыла! – призналась Вероника. – Я до сих пор не могу понять, как я могла забыть! А когда вспомнила, времени на обдумывание не оставалось.
– Вы должны были позвонить мне или объяснить ситуацию Антону.
Кнуров достал из кармана пиджака мобильный телефон и протянул девушке.
– И у него, и у меня есть телефоны, номера которых невозможно определить или вычислить. Звоните, поздравляйте и скажите, что вы в другом городе.
Ника взяла телефон, задумавшись, подержала его в руке и набрала номер. Она поздравила Марию Гавриловну, долго извинялась, объяснила, что ей срочно пришлось уехать, и обещала, что как только вернется, то сразу придет в гости. Еще раз поздравила, извинилась и попрощалась.
