В заброшенной деревне за окопами, где скрываются последние защитники города, свет изящных вишневых плантаций становится единственным источником тепла и жизни. Здесь мирно царит природный покой, даже между рывками артиллерийского огня, и любовь, как вишнёвые ягоды, тихо разрастается над уцелевшими жилищами и выжившими людьми....
Нетерпеливо поковырявшись в сумке, отыскала ручку и блокнот, устроилась прямо на полу, вытирая текущие по щекам слезы, и записывала, записывала.
Раздался осторожный стук в дверь.
– Вероника, – услышала она обеспокоенный голос Василия Корнеевича. – Ты что там, плачешь?
– Дедушка! – радостно закричала Ника.
Василий Корнеевич резко открыл дверь, перепугавшись совсем уж не на шутку.
– Дедушка! – Ника кинулась его обнимать, расцеловывать, крепко прижимаясь к нему.
– Что-то я не пойму, пичуга, ты плачешь или радуешься? – успокаиваясь и поглаживая ее по спине, спросил он.
– Я радуюсь и плачу! – Она отцепилась от него и схватила его за руки. – Ко мне дедушка Олег приходил! Во сне! Велел тебе привет передавать от всех от них, сказал, чтобы ты к ним не торопился, тебе еще правнуков надо воспитывать!
– Правнуков – это мы с удовольствием! – усмехнулся он и, все еще беспокоясь, уточнил: – Ты погоди, Никуша, ты чего рыдала-то?
– Я тебе все-все расскажу, он тебе письмо оставил!
Девушка метнулась к креслу, на котором лежала ее одежда, и стала натягивать на себя джинсы, громко, возбужденно при этом рассказывая, но вдруг остановилась, натянув только одну штанину.
– Тебя вообще не удивляет, что он приходил ко мне во сне?
– А чего удивляться? – усмехнулся дед. – В жизни всякое бывает, да и Игорь, он такой, он и прийти может. Ты одевайся, умывайся и спускайся завтракать.
– Может, Кнурову позвонить, чтобы приехал? Нам уже не надо ни в какой монастырь ехать, мне Олег про него все рассказал, – предложила Вероника.
– Кнуров уже звонил Антону, просил его задержаться, сейчас сам приедет.
– Ну, надо же, как совпало! – восхитилась Ника.
– Может, и совпало, а может, это Игорева работа, с него станется! – весело рассмеялся Василий Корнеевич.
Элегантно оторвавшись от «хвоста», Сергей приехал в условленное место, где его ждал Кнут, весьма недовольный ранним подъемом.
– А что, попозже к Ринку поехать нельзя было? – проворчал заместитель вместо приветствия.
– Спал бы ночами, может, выглядел бы лучше, – ответил Сергей, пожимая ему руку.
– Я и спал, пока ты не разбудил!
– Не груби начальству. А уж если встал так рано, иди крепи наше благосостояние, спасай денежки клиентов от посягательства.
– Придется, – вздохнул тягостно Кнут.
Это было обычное ворчание, если его разбудить ни свет ни заря, он этого терпеть не мог. Спать Игорь Весин любил, иногда Кнурову казалось, что если не будить подчиненного, то он будет спать все время.
