Автор
В зале сидят обычные люди, но их судьба на волоске от страсти и трагедии. Миссис Фонтейн под пристальными взглядами чиновников обсуждает свое будущее после необычного собеседования. Вокруг звучит напряженная тишина, но изнутри она плещет ожиданием и неожиданными откровениями. Невероятные обстоятельства готовят к несчастью или к чуду — все зависит от ее решительности....
Мужчина, который, похоже, выиграл все деньги, неуклюже встал. Он был высок и долговяз, с бледно-серыми глазами и с носом, напоминающим нос корабля, что придавало ему некоторое достоинство, которого он, кажется, не заслуживал.
– Рамзи, Уильям Рамзи, лакей. – Он поклонился.
«Хм! Неплохой поклон, между прочим. Не исключено, что когда-то он был отличным лакеем».
– Мэри Тамуорт, – представилась еще одна женщина. Из-под ее чепца выбивались пряди светлых волос, она была высокой и угловатой, с длинными руками и костлявыми запястьями.
«Такими руками удобно тянуться к канделябрам и обрезать фитили у свечей», – подумала Элайза.
– Джеймс Питт, лакей. – Он поднялся с места и оказалось, что он такой же высокий, как и Рамзи. В целом обладатель спокойного лица и живых темных глаз выглядел очень даже неплохо.
– Отлично! – воскликнула Элайза, словно все они были ее ученицами – восьмилетними девочками, которых можно облагородить с помощью дисциплины, поощрений и беспрерывного потока дел, отвлекающих от всего остального.
Кажется, похвала озадачила слуг больше всего остального. Создавалось впечатление, что Мэри Тамуорт испытывает к ней жалость, будто Элайза была медлительным ребенком, который еще не выучил правил игры, из-за чего над ним все смеются.
Элайза повернулась к крупной женщине, которую приняла за прачку.
Это угрожало превратиться в игру в гляделки, пока та не пробормотала ироничным тоном поверх сигары:
– Долли Фармер.
Это было произнесено скорее как название какой-то знаменитой битвы, в которую, начала подозревать Элайза, их знакомство может перерасти.
А потом Долли Фармер стала подниматься со своего стула. Она поднималась и поднималась. И в высоту оказалась почти такой же, как в ширину. Ее руки по толщине не уступали буханкам хлеба, а грудь вздымалась, как горный кряж.
Долли Фармер смотрела на Элайзу сверху вниз тяжелым, изумленным взглядом.
– Я – прачка и кухарка, миссис Фонтейн. – Представившись, она сделала едва заметный, насмешливый реверанс.
– А еще – выбивальщица ковров, миссис Фармер, – добавила Элайза.
– Вы так думаете, миссис Фонтейн? – В голосе Долли слышалось некоторое удивление.
– Да, я уверена.
Элайза смотрела на Долли Фармер пристальным взглядом, пока та не начала двигаться."
"– Вот что, – заговорила Элайза. – Возможно, вас не обучили должным образом заботиться о джентльмене такого высокого положения, как лорд Ла Вей, но мы немедленно займемся этим.
