Кивнул на прощание парню и, пройдя мимо Элиз, которая с неохотой освободила дверной проем, вышел из дома. Девушка посмотрела ему вслед. Ей было не понятно, что происходит в ее душе.
— День Просвещения? — спросил Джейк, спокойно попивая содовую и не замечая ее душевного состояния.
— Он учился консервировать, — коротко ответила Элиз, не вдаваясь в подробности. Она несколько раз глубоко вздохнула, чтобы прийти в себя. — Сейчас оденусь, и мы отправимся. А пока чувствуй себя как дома.
Можно подумать, с раздражением подумала Элиз, становясь под душ, он ждал, когда я ему это предложу! Этот малый всегда чувствовал себя как дома, что очень ее бесило.
Прохладная вода постепенно смыла с нее накопленные за день раздражение, усталость и обиду. Она расслабилась и мысленно перенеслась на год назад, когда познакомилась с Джейком Олсоном. Да, тогда этот мужчина с черными, как смоль, волосами и глазами, в которых зрачки сливались с радужной оболочкой, поразил ее. Она решила, что это мужчина ее мечты. Он был другом Эдварда, который встречался с ее подругой Карен.
Вчетвером они замечательно проводили время: ходили в кино, бары, рестораны, на дискотеки. Джейк и Эдвард снимали небольшой домик на окраине Окленда. Когда Карен решила переехать к Эдварду, Джейк намекнул Элиз, что там он будет лишним, поэтому было бы неплохо пожить у нее, чтобы «развеять скуку».
— Не разрушай вашу великолепную четверку, — умоляющим тоном сказал он ей.
— А ты не создавай пару, которая мне не нравится, — парировала она.
— Лиз, послушай… — Увидев, как брови девушки гневно сошлись, он поспешно добавил: — Мы все оставим на уровне платонических чувств, если хочешь.
К тому же с финансовой точки зрения вдвоем жить выгоднее, чем одной. Учти, я умею готовить, убирать и стирать, — продолжал он уговаривать ее, будучи в глубине души уверен, что, как только переедет, сумеет сломить эту гордячку.
— Значит, ты прекрасно справишься с хозяйством, живя один, — дала она ему от ворот поворот. Попытки всей компании переубедить ее кончались провалом.
— Элиз, ты ужасно старомодная. Зачем ты зря теряешь время? — поинтересовалась Карен, возвратившись в их квартиру.
Растираясь махровым полотенцем, девушка в который раз спросила себя, действительно ли она «теряет время». Для нее все еще существовали такие понятия, как честь и гордость, хотя многие уже забыли про них. Оглядываясь на прожитый с Карен год, она вспоминала, что жизнь с ней была веселой, но слишком сумбурной и нередко взрывоопасной.
