Жанр
Я шли по сверкающему белоснежному каменному полу магистерия и, словно утопающий в соломинке, с изумлением осматривали высокие потолки и блестящие самоцветами стены. Это место ошеломляюще великолепно, как и вы обещали.
Что же это? Но сон был таким реальным… Мог ли маг наслать чары? Коснулась своих трусиков, под влажной тканью всё горело от желания. Да что со мной? Я же не могла мечтать о таком? Нет. Этот жуткий сон – лишь месть мага за то, что я его курьером обозвала и на ногу наступила.
Понимая, что уже не усну, я поднялась и на дрожащих ногах побрела в ванную. И ни за что не буду ласкать себя, чтобы завершить начатое во сне. Пусть магическое возбуждение пройдёт само. А утром поцелую Эона крепко-крепко. Вот настоящие чувства!
Глава 4
Проснувшись, Гелиор с удовольствием потянулся и вскочил с постели.
Кстати о людях. Гелиор спросил лениво:
– Как себя чувствует наша гостья?
– Всё ещё сидит в камине, – тихо ответил безликий. – Ночью попыталась проникнуть в ваши покои, но не нашла дороги и вернулась в приёмный зал.
Лир тихо засмеялся:
– Не отыскала мою комнату? Значит, магии у неё мало.
– Мне кажется, третий уровень, – осторожно отозвался слуга и подобострастно склонился. – Но будь у неё даже первый, вряд ли она сумела бы открыть дверь в ваши покои. Особенно сегодня ночью. Все мы испытывали волны вашего удовольствия, хозяин.
Гелиор коротко хмыкнул: всё, что могут ощущать безликие, – его наслаждение. Лишившись чувств, они вкушают удовольствие, только когда его излучает повелитель. Потому и девушку не выгнали, как многих других, что пытались увидеть или заснять дракона. Значит, девчонка красива и безликие надеялись, что хозяин захочет её.
Лир изогнул бровь: а почему бы и нет? Можно посмотреть на чрезвычайно настойчивую гостью. Он устроился на огромной кровати и сухо кивнул:
– Веди.
Через несколько минут дверь открылась, и в комнату, ёжась и боязливо посматривая на безликого, вошла девушка. Заметив кровать, она встрепенулась и, жадно подавшись вперёд, уставилась на лицо возлежавшего на ней мужчины. Гелиор понимающе усмехнулся и, втянув запах самки, довольно приятный, хоть и кисловатый от страха и разочарования, проговорил:
– На моём лице морок, глупышка. Не каждому человеку суждено увидеть истинную внешность дракона.
