А уже завтра все закончится. И я смогу, наконец, закрыть эту мрачную главу своей жизни и навсегда вычеркнуть из своей памяти имя Арнольда.
На стук в дверь мне никто не открыл. И потянувшись за дверную ручку, я с удивлением обнаружила, что дверь не заперта.
Странно. Неужели кто-то из прислуги забыл запереть дверь? И куда подевался дворецкий?
Когда я вошла в светлый холл, меня встретила тишина. Габриэль упоминал, что не особо жалует присутствие слуг в доме. Возможно, они находятся здесь непостоянно и покидают дом после того, как уходит хозяин, а все поручения оказываются выполнены.
Но все же это странно.
Сняв пальто и повесив его у входа, я решила пройти по первому этажу и проверить, есть ли кто-нибудь в доме.
Гостиная, кабинет Делмарка и столовая встретили меня полной тишиной. Особо не надеясь на успех, я решила заглянуть и в кухню. И там обнаружила всех пропавших трех слуг, сидевших на полу со связанными руками и кляпом во рту.
Посреди кухни, спиной ко мне, сидел темноволосый мужчина, вольготно развалившийся в кресле, которое неизвестно откуда здесь взялось.
Горничная, увидев меня, начала что-то мычать, но слов не получалось разобрать совершенно.
Застыв, я не знала, что делать. К подобной ситуации я была совершенно не готова.
И в этот момент незнакомец стремительно обернулся и хищно улыбнулся, увидев меня, позволяя мне рассмотреть все семейные черты на лице, сильно изменившемся за последние десять лет.
— Ну здравствуй, сестренка, давно не виделись.
Глава 24
Глядя в до боли знакомые и абсолютно бездушные глаза старшего брата, я искренне призналась:
— До конца бы жизни тебя не видела с превеликим удовольствием.
"
"— Надо же, какой ты выросла неблагодарной, — покачал головой Арнольд, — И я смотрю, неплохо устроилась за это время. Имя сменила, работенкой непыльной себя обеспечила, любовника влиятельного и богатого завела. А о родном брате даже не подумала? За целых десять лет ни разу не поинтересовалась, как я живу, как у меня идут дела…
Возможно, я многого в этой жизни и не понимаю.
Зато ясно осознаю тот факт, что именно Арнольд как наследник нашего отца, глава рода и мой старший брат должен был обо мне заботиться и оберегать меня.
Но он, видимо, считал, что дело обстоит с точностью до наоборот.
— Что, ни капельки не стыдно? — с холодной усмешкой поинтересовался Арнольд, — Конечно, ты всегда была эгоистичной дрянью!
Удивительно, какое похожее мнение у нас сложилось друг о друге.
Вот только мне уже было не семнадцать лет.
