С силой оттолкнул его и приготовился в последний раз поставить мужика на место.
Терпение же у меня нерезиновое, в конце-то концов.
— Я буду вынужден позвать охрану, если ты сейчас же не отпустишь Леру.
— Валяй, — кивнул я и издевательски выдал, — мы тебя тут пока подождём.
Шаг ко мне. Замах. Удар. Блок."
"— Дерьмовый с тебя боксёр, чувак, — усмехнулся я, а затем молниеносно сбил мужика с ног, точным попаданием ломая ему нос.
Ибо не хуй моё трогать!
Лера разоралась, стала молотить кулачками по мне куда придётся.
— Бессовестный! Гнусный! Наглый! Как же я тебя ненавижу! Ненавижу, слышишь? — пришлось её встряхнуть, чтобы заткнулась. Сильно. Затихла тут же. Всхлипнула. Вот — так нормально. Пусть лучше поревёт, чем истерики мне закатывает.
В коридор набежал обслуживающий персонал. Заохали, запричитали. Я же только сунул одному из парней крупную купюру и кивнул на валяющегося на заднице Гаранина. Взгляд расфокусированный, рожа вся в крови — красавчик вообще.
— Человек неудачно ногу подвернул, упал, в стену врезался и вот итог. Льда ему принесите и медика позовите.
Затем толкнул дверь чёрного выхода и вывалился на крыльцо. Стремительно, не обращая внимание на вялое сопротивление Леры, обогнул здание и закинул её на заднее сидение своего Брабуса. Захлопнул дверь с её стороны, сель за руль и вдарил по газам, петляя по запруженным московским улочкам.
Молчал.
Пытался остыть, пробуя хоть на градус остудить кипящие мозги. Силился как-то усмирить свою ярость, гнев и ещё что-то такое зашкаливающее, что буквально серной кислотой выедало мне внутренности.
Сраное чувство, что Лера уже не моя…
Моя! Моя, я сказал!
А в ушах всё гремит, как на репите одно, да потому:
«Даниил Александрович, просто мой работодатель…»
Ни хуя не просто! Я для неё всё!!!
— Данил…
Снова чиркает спичкой. Да, помолчи ты, дура! Не видишь, что я сейчас неадекватен. Вообще!
— Данил, останови машину!
— Не знакомы, да, Лер? — рычу я, ловя её перепуганный взгляд в зеркале заднего вида.
Боишься? Правильно боишься!
— Я была бы этому рада! — орёт она неожиданно и лупит меня по плечу своей микроскопической ладошкой. Что слону дробина.
— Рада, да? — сильнее жму на газ.
— Именно!
— Тогда придется познакомимся со мной заново, — выкручиваю руль до упора вправо, покрышки протестующе стонут и горят. Заезжаю на первую попавшуюся под руку подземную парковку, еду до глухой стены и глушу двигатель.
Дышу рвано и сбито, лёгкие не справляются. До скрипа сжимаю оплётку руля и зажмуриваюсь. Но меня всё равно перекрывает и размазывает.
Не могу успокоиться.
Просто. Не. Могу!!!
— Что… что ты задумал?
— Всё зависит от того, как ты ответишь на мои вопросы, — глухо выталкиваю из себя слова, понимая, что мы уже падаем в пропасть.
Оба!
— Какие?
— Он сказал, что ты его девушка.