И, боже, помоги ей, если она мне ещё хоть раз соврёт!
— Трогал?
— Нет! — толкает меня в грудь и всхлипывает, — Нет, чёрт тебя дери!
Прихватываю её за подбородок и сминаю пухлые губы пальцами.
— Целовал? — мой голос похож на рёв раненого животного, но как же мне плевать на это сейчас.
Пространство размазывается, в ожидании её ответа. Растягивается. И внутри меня всё стонет, в страхе, что это так. В ужасе, что ей могло понравится. Но ведь… это должен делать только я. Всегда только я, чёрт возьми!
Слеза срывается с её ресниц и медленно ползёт по раскрасневшейся щеке, одновременно с моей ладонью, которая издевательски неторопливо крадётся от её щиколотки к колену, а затем и по бедру, задирая подол платья всё выше и выше. Но я только упрямо давлю её взглядом, вынуждая сказать мне уже хоть что-нибудь, чёрт возьми!
— Отвечай! — утыкаюсь лбом в её переносицу, дрожа всем телом.
— Нет, — шепчет едва слышно, — Женя не такой варвар, как ты! Это было наше первое свидание и вообще…
Лавина облегчения прибивает меня так сильно, что я почти теряю сознание от кайфа. Лера ещё что-то мне бормочет и зло выговаривает, пытаясь высвободиться, но я уже её не слышу. В голове только и стучит набатом главное — она всё ещё моя девочка.
Всё, блядь! Я не хочу больше ничего знать. Я не желаю анализировать свои нездоровые реакции. Мне плевать, что я впервые в жизни так дал по газам. Мне в высшей степени индифферентно, что Лера стала единственной девушкой, которой я был не готов делиться. Я подумаю об этом потом…
Рывок на себя и под себя, сразу проталкиваясь между стройных ног, затянутых в тонкий капрон чулок. Вжимаюсь в ложбинку между её грудей и веду носом, ныряя в чувственную эйфорию от её крышесносного аромата. Мычу, бойкотируя её трепыхания подо мной и откровенные возмущённые вскрики.
Похуй!
— А я варвар, да!
— Не надо, Даня! Я не хочу! Пожалуйста!
Дёргаю лиф платья вниз, срывая его вместе с ажурными полупрозрачными чашечками белья. Отлетаю в космос, взвешивая ладонью идеальную каплю её груди. От вида её сосков, похожих на две спелые ягодки, схожу с ума. Набрасываюсь на них, жадно всасывая в себя и совсем чуть-чуть прикусывая.
Вштыривает моментально.
— Не делай этого, я прошу тебя!
Чуть отрываюсь от неё, задирая платье до пупа. Рычу, замечая экстремально развратные трусики. Это просто сеточка с каким-то цветочком в стратегически важном месте. Отвал башки! И насос за рёбрами всё-таки троит, а потом и вовсе, казалось бы, глохнет.
— Нет! — взвивается она, когда я дотрагиваюсь до лобка через развратное кружево её нижнего белья.
— Я эту неделю так скучал по тебе, Лера, — снова обжигаю её своей тяжестью, но руки с её девочки не убираю. Мучаю, пока её глаза наполняются слезами и дрожит подбородок.
Да, мне совсем недавно было точно так же паршиво.