Там было уныло и скучно. Русские царицы превращались в затворниц, которые только и могли, что тосковали в своем тереме. Одна из них сидела за окном, зевая от скуки, пока рядом мастерицы вышивали великолепные иконы. Царица даже боролась со своей усталостью, пытаясь найти хоть что-то интересное в жизни - будь то искусство вышиванья или простые обязанности царевны....
И действительно, французский король Генрих II до самой своей трагической смерти предпочитал ее молоденьким ее внучкам! Но одна ласточка еще весну не делает, не правда ли? Такая патология, каприз ли, но это случается в жизни королей. Как говорится, от богатства и излишеств поневоле в аномалию ударишься. Назначил же ассирийский царь Сарданопал, живший в крайней роскоши, огромную награду тому, кто выдумает новое наслаждение. Но нам сподручнее привести изречение итальянского сексопатолога Паоло Мантечацца, который сказал: «Старость не порок, а хуже — она немощь и недуг».
И как ни крути, ни верти, но могущественные молодые фаворитки становились ненужной рухлядью в старости. Помните, как наш Александр Сергеевич Пушкин плакался над долей бедного станционного смотрителя? Бедный, обиженный богом и судьбой человек! Или какие притеснения терпел Акакий Акакиевич, маленький человечек Гоголя, в своей старенькой шинельке? Или Макар Девушкин из Достоевского? Да мало ли маленьких, притесненных людишек по свету и литературе бегает? Вот такими же маленькими, ничтожненькими и жалкими становились наши знаменитые фаворитки, когда малость постарели.
