Автор
В прихожую зашел Каспар, носивший в одной руке сумку с книгами и в другой — футбольную форму. Встретил он брата, который нес большой сверток. О чем-то мрачном сказал Джонни на ухмылке: "Людоед". Каспар удивился, услышав это прозвище.
Где Дуглас?
- Так, может, тебе надо было в нем вымыться, - предположила Гвинни.
- Забирается через кухонное окно, - ответил Каспар.
- Что ж! – сказал Малколм. – Думаю, меньшее, что вы можете сделать – пойти и открыть ему окно.
- Он мне не позволил, - возразил Каспар. – Я предлагал. Я не совсем бесчувственный, что бы ты ни думал по этому поводу.
Малколм плотнее запахнул вокруг себя рубашку и с достоинством поплелся к двери.
- Могу я вас побеспокоить просьбой повернуть ручку? – холодно произнес он. – Вижу, я должен спуститься и сам попытаться открыть проклятое окно.
- Как ты сможешь такого размера? – спросил Джонни, слезая со стола. – Не будь дураком. Я схожу. Лучше это буду я, - объяснил он остальным. – Всё равно Людоед считает, что я способен на любое преступление, и я всегда могу сказать, будто таскал печенье.
Малколм развернулся от двери:
- Кого это ты назвал людоедом?
- Твоего проклятого отца, - ответил Каспар. – И ты знаешь, что он людоед и есть, так что не спорь.
- Ничего такого я не знаю, - неуверенно ответил Малколм.
- В любом случае, мне лучше спуститься и посмотреть, - сказал Джонни.
Поскольку Малколм стоял у него на пути, он подобрал его – умеренно осторожно – и поставил в стороне от двери. Малколм возмущенно заворчал, но ничего не мог сделать. Джонни открыл дверь и медленно пробрался на лестничную площадку, где всё еще висели старые химические запахи.
Прежде чем он добрался до начала лестницы, по всему дому разнеслось эхо грохота бьющегося стекла. Джонни застыл. Так же как и Малколм в дверном проеме.
Последовала долгая, ужасающая тишина. После чего голос Людоеда взвился в истинном реве:
- Ты, непослушный паршивец!
После этого голос Людоеда грохотал и ревел, снова и снова, казалось, часами обвиняя Дугласа в том, что он пошел на дискотеку, когда ему запретили, и попутно в других преступлениях.
- Смотрите, что вы наделали!
Они и так знали: то, что Дуглас попался – их вина. Хуже того, Дуглас не мог толком придумать, что сказать.
