Автор
В прихожую зашел Каспар, носивший в одной руке сумку с книгами и в другой — футбольную форму. Встретил он брата, который нес большой сверток. О чем-то мрачном сказал Джонни на ухмылке: "Людоед". Каспар удивился, услышав это прозвище.
Долгое время от него вовсе не было слышно ни звука. Потом зазвучал его голос, слабо отрицающий вину.
- И не смей мне лгать! – рявкнул Людоед.
Раздался звук тяжелого удара. И еще одного. Все четверо на лестничной площадке каждый раз вздрагивали.
Внизу открылась дверь.
- Джек! В самом деле… - произнес голос Салли.
- Не будешь ли ты так любезна позволить мне разобраться, как я считаю нужным? – сказал Людоед."
"Ответа не последовало. Дверь закрылась. После чего Людоед снова начал реветь, а потом последовали звуки, свидетельствующие, что Дугласу пришлось убирать разбившийся кувшин и вытирать апельсиновый сок.
И снова все с беспокойством посмотрели на лестницу, услышав, как, перешагивая через ступеньку, поднимается Дуглас. Появившийся на лестничной площадке свет позволил разглядеть, что Малколм теперь почти с Гвинни ростом и в одной рубашке выглядит довольно неприлично.
Увидев их четверых на площадке, Дуглас остановился на верхней ступеньке.
- Горелые прыщи! – рявкнул он. – В этом проклятом доме невозможно найти хоть какое-то уединение!
Он развернулся и помчался обратно вниз. Они слышали, как хлопнула дверь ванной и со скрежетом закрылась задвижка.
Потом по лестнице начали подниматься тяжелые шаги Людоеда.
- Быстрее! – прошептал Каспар Малколму. – Нельзя, чтобы он увидел тебя такого размера!
Они с Джонни подхватили и швырнули Малколма в его комнату, и Малколм не протестовал. Гвинни помчалась наверх – к себе. Каспар и Джонни бросились к себе, сорвали с себя одежду и нырнули в кровати. К тому времени, как Людоед появился в дверях, оба уже завернулись в поразительно холодные простыни, дыша так медленно и размеренно, как могли.
Каспар подождал, пока не закроется дверь в его спальню. После чего снова встал, надел пижаму, закрыл окно и вытащил лампочку из кармана пальто.
