Вовка теряет сознание от невыносимых болей в животе, будто его заталкивают в чудовищную глотку. Воспоминания о том, как добрался домой, остались туманными — словно бы машина летела сама по себе. Спина болит и холодна, будто он лежит прямо на холодном полу.
""Какая я красивая. Это что-то! Мисс Очарование!""
Сейчас она в восторг не пришла: чумазая, вся увозюкалась на пыльных трубах, под глазами черные круги, кожа серая. Ой, бедная я, бедная. Ну, ничего. Это не навсегда. Кремы, маски, массажик, ""Эсте Лаудер"" и все такое прочее. Неделю не ухаживала за собой, значит, неделя на восстановление понадобится, тут арифметика простая. Впрочем, круги под глазами, бледность, беспорядок вместо прически – это даже придает своеобразие, подчеркивает глубину глаз, линии лица. Красота не пропала, не поблекла.
В течение пары минут жизненный тонус восстановился. Кстати, почему бы им сразу не поместить её в эту гостиницу? Держали в тюремной камере с поганым ведром, а тут вон какие апартаменты имеются. Только ради этого уже стоило сбежать, спасибо мастеровитому Вове. Теперь следует как-то устраиваться на новом месте, знакомиться с соседкой, дружить…
Женя вытащила из нагрудного кармана ковбойки длинную сигарету, похлопала по карманам джинсов.
– Простите, спичек не найдется? – Ответа не последовала, и Женя подошла ближе. – Вас, кажется, Марией зовут?
– Оставьте меня в покое!
Истеричный визгливый крик выплеснулся на Женю, словно ушат ледяной воды. Она остолбенела. Перед ней был мужчина. Мужчина в женском платье!
* * *"
"Темнота Вовца не угнетала. Плевал он на темноту.
Но вот проволока не задела стен, зато врезалась в преграду впереди. Так, ясно, этот коридор кончился, а начался другой, перпендикулярный этому. Куда пойти: направо или налево? ""Идет налево – песнь заводит, направо просто материт!"" Вовец повернул направо и не пожалел: тонкая горизонтальная полоска света прорезала темноту.
