Вовка теряет сознание от невыносимых болей в животе, будто его заталкивают в чудовищную глотку. Воспоминания о том, как добрался домой, остались туманными — словно бы машина летела сама по себе. Спина болит и холодна, будто он лежит прямо на холодном полу.
– Встретив непонимающий взгляд Жеки, пояснил: – Охотничья дробь номер пять.
– А я подумала, за операцию мне пятерка поставлена, – протянула разочарованно девушка. – А это хорошо – номер пять?
– Очень, – страдальчески улыбнулся Вовец. – Была бы картечь, всего бы изрешетила. И вошла бы глубже. Из обреза стреляли, издалека, поэтому такое рассеянье широкое. Было бы нормальное ружье, уложили бы на месте. А у обреза ствола почти нет, заряд не успевает разогнаться, скорость вылета низкая, кинетическая энергия быстро слабеет…
Он даже сам удивился, как лихо изложил основы баллистики.
– Ну вот и все, – объявила Жека, выложив на стол горсточку дроби в бурых сгусточках подсыхающей крови.
– После битья? – хмыкнул Вовец.
– Вот именно, – Жека рассмеялась. – Он, наверное, на спирту, сойдет вместо йода.
– Не вздумай. – Вовец уселся на кровати, повел плечом, прислушиваясь к ощущениям. Тоненькие ручейки крови потянулись из нескольких ранок. Никакого спирта. Сожжет ткани, омертвеют, долго будет заживать…
– Чем же тогда дезинфицировать? – спросила Жека.
– Перекисью водорода, марганцовкой, на худой конец, сойдет и зеленка.
– Все-то он знает! – саркастически заметила девушка. – Может, знаешь, где все это лежит?
– Знаю, – кивнул Вовец, – у меня в рюкзаке, но он далековато будет. Ладно, сейчас подсохнет, обмоем с мылом, высушим и забинтуем, а, может, и так сойдет.
– Ну, сиди, засыхай. Расскажи ещё раз, что Петя говорил, только подробнее, со всеми интонациями.
И Вовец в третий раз принялся рассказывать, стараясь припомнить все нюансы. Жека слушала молча, не перебивала, только кивала головой.
"– Значит, Жанна там с ним сидела и суфлировала. Чего и следовало ожидать. Танк в брильянтах. Обрадовалась, накатила. Никогда Петьке этого не прощу. Нашел случай отделаться. Как своих партнеров подставляет и кидает, так и со мной…
– Не переживай так, – Вовец накрыл её ладонь своей. – Вот увидишь, все наладится.
– Не хочу.
