— Парни, у вас на платформе с пушкой, снаряды есть?! А то давайте ее от греха подальше отцепим прямо здесь — на перегоне и саперов вызовем! Вдруг пламя на платформу перекинется, а впереди городишка районный… притащим эту хрень, а она и взорвется аккурат на станции …
— Нету, там одна железяка… по крайней мере, нам про снаряды ничего не говорили! Значит, будем считать, что нету!"
"Злосчастная букса тем временем уже раскалилась фактически до бела! Пом. машиниста, максимально вытянув руки и закрывая глаза, разрядил огнетушитель, который приволок с собой. Было много пара, шипения и белого дыма, но радикально ситуация не изменилась! Посмотрев на результаты «пенной атаки» железнодорожник посетовал, что больше у них огнетушителей нет и, волоча пустой баллон за собой (отчетность, куда деваться) побежал опять к паровозу, а нам посоветовал незамедлительно загружаться в теплушку, т. к. поезд сейчас опять помчится на станцию, до которой уже совсем недалеко.
Действительно, как только мы забрались в теплушку, поезд тронулся в путь, но весь оставшийся отрезок пути, мы видели голову пом. машиниста, который постоянно торчал в форточке паровоза, наблюдая за процессом горения буксы и состоянием потенциально опасного вагона.
До станции поезд долетел достаточно быстро, и надо отдать должное, сразу же подкатила местная команда пожарных на допотопных ГАЗ-51, которые, опасливо поглядывая на платформу с огромной пушкой и на 4-х «бойцов» с оружием в руках, быстренько залили горящий вагон обычной водой. На всякий случай, команда пожарных щедро залила водицей и платформу с нашей пушкой. Типа — хуже не будет! От греха подальше! Да и хрен с ней, высохнет по дороге…
Затем шустренько подошла местная «кукушка» — станционный маневровый паровозик, подцепила нашу теплушку с платформой, а также злополучного «горелика» и отволокла в сторону от состава. Мы попытались, было возмутиться, но нас авторитетно заверили что «так надо»! И действительно, отцепив «горелого» в глубине узловой станции, после ряда прогонов «туда-сюда-обратно», наши вагоны опять пристыковали к «родному» составу.
Пока шустрая «кукушка» занималась «возвратно-поступательными» маневрами на путях, растаскивая вагоны, мы вели занимательную беседу с начальником станции с применением всего богатства русского языка, особенно его «непечатной» составляющей.
Т.к. станция достаточно маленькая и военной комендатуры здесь не было, то все спорные вопросы пришлось решать с начальником перегонного узла. Кстати, оказался на редкость вменяемый мужик.