Автор
Четыре нападения ножом за двое суток в центре Тулузы – слишком маловероятно, чтобы быть вымыслом? Пока читательницы и мужчины делятся подозрением на автора. Но эти преступления действительно случились, и они были такими же разрозненными, как лунные месяцы в июне 2020 года. Время позволило мне собрать их вместе, создав ощущение страшной охоты....
– Муса был из тех мальчишек, кто обладал множеством качеств, но воспринимал все в каком-то извращенном виде, как и многие здесь…
– То есть?
Мона Дьялло пожала плечами:
– Я уверена, что для вас это не новость: вы уже изучили его документы…
– Это так… Однако все учителя, которых мы опросили перед вами, утверждают, что он был «нормальным» мальчиком, без всяких историй…
Мона Дьялло вздохнула и запнулась в нерешительности:
– Все, что я сейчас вам скажу, не должно выйти за пределы этих стен, договорились? Если меня будут потом спрашивать, я от всего откажусь…
Сервас кивнул и вдруг насторожился.
– В этом лицее, как и во многих других, существуют учителя, которые защищают свободу самовыражения и, невзирая ни на что, борются против обскурантизма. Однако многие из моих «белых» коллег боятся, что их заподозрят в расизме, и по отношению к этим мальчикам проявляют особого рода «толерантность». И это ни в коем случае не их вина, что бы они ни делали.
– И вы не считаете, что они правы? – подала голос Самира, удивленная таким поворотом разговора. – Думаете, что если бы эти мальчики выросли в других местах, вдали от гетто, от наркотрафика, от легких денег, в условиях такого же воспитания и с теми же шансами, что и другие дети, то тех, кто выбрал прямую дорогу, среди них было бы больше?
Мона Дьялло, не смущаясь, прямо взглянула на Самиру.
– Я в этом уверена, – твердо сказала она.
– Наследие Франца Фанона[18], – сказал Рафаэль Кац.
Мона Дьялло, казалось, только что обнаружила его присутствие и согласилась:
– Для многих моих коллег то, что Франция по своей структуре расистская страна – непреложный факт.
