Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию....
Сквозь них виднелась другая жизнь. Мой товарищ остановился, вытащил смартфон, настойчиво водил пальцем по экрану. Ворота не реагировали.
Я спрыгнула на землю с синей платформы. Задрала голову вверх. Какая огромная арка! Зачем? Самолеты под ней провозить? Сердце билось, шутить не получалось. Сейчас откроется калитка в заборе, и жизнь опять разделится на двое. Здесь и там. Сердце вдруг затрепыхалось испуганно, как в детстве. Которого не помню.
— Плевать на все, — сказала я сама себе вслух, — я на летном!
— Врешь, братан! — расхохотался обидно Ваня.
Дверь Школы отворилась с мелодичным щелчком магнитного замка.
Я сразу увидела знаменитый испытательный полигон. Открытая широкая палатка, смахивающая очертаниями на шапито. Флажки и вымпелы на распялках добавляли впечатления. Вытоптанное футбольно-бейсбольное поле и высокий берег моря во всю синеву горизонта. Солнце.
У палатки суетились люди. Многовато, на мой вкус.
— Девять часов пятьдесят минут, — сообщил женским голосом будильник в моем кармане.
Я бросила свой цыплячьего цвета рюкзак с пожитками у полосатого столбика ограждения. Перешагнула пластиковую ленту, сделала десяток шагов и оказалась в общем строю.
— Вы напрасно думаете, что кому-то из вас обязательно повезет, — заявил насмешливо красивый мужчина. Френч, галифе, сапоги пускают зайчиков в глаза надраенными голенищами. Погоны, фуражка, усы. Кавалерист. Его вороной жеребец косил на меня недобрый глаз. — Зачислен будет только действительно достойный.
Добрый дядя тронул стеком бархатную шею коня и отбыл величавым шагом. Претенденты остались дожидаться своей участи.
— Слушай, Ленька, а ты и вправду отчаянный паренек, — высказался позади Иван. Пристроил куда-то свои мешки и вернулся. — Легче было поступить в Школу с самого начала, чем сейчас.
Ваня похлопал меня по плечу, подмигнул и ушел за черту. Границу между теми и этими.
Реально полегчало от его дружеской тяжеленькой руки. Я задрала нахально подбородок вверх, хотя, куда уж выше. Стояла последней в шеренге испытуемых. Или первой, это с какой стороны считать. Торчала длинным тощим гвоздем.
Да.
