Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию....
— Я в своей семье один-одинешенек, — я решила поддержать барышню в семейной теме. С ужасом обнаружила, что чуть было не ляпнула «одна», — у меня никогда не было родных. Кроме отца, конечно, но мы видимся редко.
— А у меня есть два брата, — Вероника улыбнулась, стала делиться: — один старше на десять лет, а другой младше и тоже на десять.
— Прикольно, — я забрала из рук Эспозито щипцы с улиткой, аккуратно и ловко добывала серебряной вилочкой мясо. Милая Сент-Грей, как ты там без меня? И кормила комэска буквально с рук.
— Да, — ничуть не смутившись, согласилась подруга.
По подбородку пограничника текло зеленое масло. Мы одновременно протянули руки. Я — с салфеткой, Вероника — чистый палец и успела. Сняла жирную каплю с кожи и сунула командиру в рот. Он на этот раз не растерялся, облизал не спеша. Ви смутилась, как роза. Глянула из-под длинных ресниц на Кей-Мерера.
— Иногда пожалеешь, что не в фавелах родился, — заметил с усмешкой барон, — Эспо! Ты занял лучшее место в салоне.
— Ты сам мне его уступил, — ухмыльнулся брюнет. Отобрал у меня салфетку и гладил драгоценный пальчик своей красавицы.
— Кстати, о родственниках! Вероника, закрой уши, — заявил хозяин всего здесь. Девушка послушно накрыла ушки ладошками. — Парни. У меня восемь сестер. Огромная просьба: не влюбляться и в себя не влюблять! У каждого из вас будет своя комната и своя горничная. Эти женщины доступны, считайте это моим особым подарком. Поэтому, давайте обойдемся без лишнего романтизма в эти два дня.
Тут он, конечно, обвел всех нас пятерых страшно серьезным взглядом и остановился на мне, как на самом разнузданном любителе чужих сестер.
— Ты меня понял, Эспо? — проговорил Макс, сверля меня прозрачными глазами. Белая сирень тревожила еле-еле. Злится? За что?
— Мне нравится Вероника. Очень, — сделал свой шаг из пресловутого шкафа мой командир, — что скажешь, Кей?
— Ради бога, — блондин сделал небрежный жест пальцами. Кивнул чуть приятелю, разрешая, — удачи.
Вот как они, оказывается, делят нас между собой. В три слова. Занятно.
— Заметано, комэск! Никаких сестер. Наконец-то у меня будет собственная комната! — радостно воскликнул Левый и приложил братана по спине, — хоть на пару дней избавлюсь от тебя, рыжий.
— Рад, что угодил, — улыбнулся вежливо барон. Перегнулся через стол и собственноручно снял руки своей как бы нареченной с головы, — спасибо тебе, милая, за терпение. Я больше так не буду.
