4 марта 1950 года. Генерал-лейтенант Павел Судоплатов сидит за столом в подземной шифровальной комнате КGB, ожидая команды от начальника отдела по борьбе с диверсиями. Вдруг зазвонил телефон: поручение немедленно прибыть к Судоплатову. Напряжение нарастает, атмосфера ожесточенной борьбы скрадывает мир в тени секретных коммуникаций и перехватываемых сигналов....
Он часто слышал знакомые слова и выражения, постепенно понимая, что обсуждают усталые люди.
Ворон сидел у окна, положив голову на руки. Шухевич спал над ним. Стелла прилегла за его спиной, поджав ноги.
За окном глухая ночь, нигде ни огонька. Только мерный перестук колес. Паровозный дымок, влетавший в окно, щекотал ноздри, навевал воспоминания о былых временах. Ох уж эти поезда, сколько их было в его жизни с самого детства.
В вагоне что-то неуловимо изменилось, и Ворон мгновенно вынырнул из дремотного состояния. Пассажиры шушукались вполголоса, шелестели бумагой.
Ворон осторожно положил ладонь на голову Стеллы. Она открыла глаза, испуганно вздрогнула и попыталась встать. Он прижал палец к своим губам и незаметно покачал головой. Женщина кивнула и стала разглядывать пассажиров.
Ворон поднялся, повернулся лицом к Шухевичу, лежавшему на верхней полке, и убедился в том, что тот уже не спал.
– Что?.. – встревоженно спросил бывший начальник штаба «Карпатской сечи».
– Скоро югославская граница. Пассажиры суетятся. Видимо, контроль там весьма серьезный.
– Черт побери! Что же делать? – пробормотал Шухевич. – Рискнуть? Нас румыны не выпустят. Или югославы ссадят с поезда и передадут в контрразведку. Раньше здесь никогда не было досмотров.
– Раньше все было иначе, – философски заметил Ворон. – Но с тех пор как Лига наций фактически развязала англичанам руки и те запустили их в экономику страны, в Румынии многое поменялось. Война никогда не проходит даром для тех стран, на территории которых она проходит.
– Может быть, будут еще остановки, – предположил Шухевич. – Надо справиться у проводника.
– Нет, до самой границы поезд больше не остановится. У нас примерно два часа на принятие решения. Но, извините, оно все равно может быть только одно. Нам надо срочно покинуть поезд.
– А Стелла?
– Стелла у нас испытанный боец, – с улыбкой проговорил Ворон. – Она справится, я уверен.
Через пятнадцать минут они собрались в тамбуре. Ворон заставил всех проверить карманы, застегнуть их, если есть такая возможность.
Потом он озвучил свой порядок покидания вагона:
– Сначала вы, Роман Иосифович, потом Стелла.
