Автор
В мир ворвались темнота и тишина, где каждое движение вызывает бурю ненужных снов. Для Кати, казалось, не было места спрятаться под одеялом, скрыть себя от безжалостного взгляда ведьмы, которая смотрит на нее, словно на жертву.
Успокоилась и утяжелила свою участь большим шоколадным пирожным с восхитительным кремом. И после бокала шампанского стало казаться, что вечер прошел не зря. У двери Дину ждал главный кулинар, давно заметивший пристрастия красавицы и полюбивший ее за них как родную.
– Настоящему ценителю нашего искусства, – он склонил большую голову, сверкнув розовой кожей под редкими светлыми волосами, и протянул небольшой пакет из красной фольги.
– Ой, – вздохнула Дина. – Это уже похоже на эвтаназию. В смысле – я очень благодарна.
Охрана устроителей проводила ее до машины. Она протянула водителю Николаю Ивановичу пакет с пирожными.
– Возьмите, пожалуйста, Оле и детям и спасите меня от ожирения.
Дина опустила окно машины и с наслаждением вдохнула ночной воздух. Пахнет весной? Может, самую чуточку. Холод вообще-то собачий, хоть и март начнется через два дня. Но все равно хорошо. Только по ночам она загадочна и прекрасна, эта бестолковая, суетливая Москва. Она остановила машину за квартал до своего дома на Соколе, где на двадцать пятом этаже был ее пентхаус.
– Я пройдусь, Николай Иванович. Спасибо. Спокойной ночи.
Дина застегнула шубу, сделала несколько шагов по тротуару, покрытому ледяной коркой. И вдруг перед ней выросла черная нелепая фигура.
* * *У Вовки-Кабанчика началась непруха. Он почувствовал, как ночной мороз покусывает его ноги в мокрых туфлях. Носки он не носил из соображений гигиены и экономии. Спина ныла, глаза слезились. Вовка вспомнил свое место у горячей трубы в подвале дома у метро «Белорусская» и огорченно вытер нос рукавом черного пальто.
– А ну пошел! – сделал Вовка страшное лицо и топнул ногой. Пес не шелохнулся. Вовка оглянулся, нашел взглядом какую-то тряпку, поднял, скрутил жгутом, привязал один конец к ошейнику и потащил собаку к металлической ограде вокруг высотного здания.
