Автор
В мир ворвались темнота и тишина, где каждое движение вызывает бурю ненужных снов. Для Кати, казалось, не было места спрятаться под одеялом, скрыть себя от безжалостного взгляда ведьмы, которая смотрит на нее, словно на жертву.
Опущенные ушки поднялись. И вся собака, похожая на мягкую игрушку, превратилась в трепет и ожидание. Дине стало жарко. «Он все понял».
– Хорошо. Я его возьму. Что-то придумаю. Может, на ошейнике написан телефон? Вы не смотрели?
– Да мне без разницы. Я по телефонам не звоню. Возьми. Пусть хоть поест-поспит в тепле. Голодный он.
Дина отцепила ручку-цепочку от золотистой сумочки и просунула ее под ошейник.
– Я посмотрю. И, конечно, он поспит-поест. А вы кто?
– Вовка. Вовка-Кабанчик. Для друзей. Бомжую я. Типа без места жительства.
Он повернулся, ссутулился, подготовился к долгому пути и с недоверием оглянулся, когда Дина его окликнула.
– Подождите. Собаку нельзя брать бесплатно. Счастья у нее не будет. Возьмите, пожалуйста.
Вовка молча зажал в ладони две бумажки и долго смотрел вслед Дине, уводящей его цуцика, не совсем понимая причину пустоты и дискомфорта у себя в груди. Потом медленно дошел до фонаря, посмотрел на купюры и сказал себе без особой радости: «Ну, ни фига!» На ладони лежали двести долларов.
ГЛАВА 2
Парень поднялся, застегнул брюки, закурил. Потом притянул к себе Катину голову и крепко поцеловал ее в губы. Катя с детства ненавидела табачный дым, но сейчас запах дешевых сигарет был ей даже приятен. Она внимательно смотрела в небольшие серые глаза парня. В них действительно блестят слезы, или ей это просто кажется?
– Я скоро приду, – сказал он. – Мне нужно тут… недалеко заглянуть.
Катя кивнула. Но как только осталась одна, почувствовала: к ней вернулось это состояние, от которого она бежит, как от смерти.
