В бескрайних тайнах Локки III: Потомок Бога, духи зверей и чары драконов царят над Стражградом, где земля вздыхает под гнетом молний. Непробиваемый дракон наворачивает круги по городу, словно наркоман в поисках закладки, а его свистящие молнии и рев перерывают башни. Люди же не оставляют надежды на исход, пуская в ход все орудия, подобно рабам, привыкшим лишь ждать когда их хозяин наконец сдастся....
— И что же делать? — хмыкнул я, озорно глянув на мрачную мулатку.
— Надо идти, — понуро опустила голову баронесса, искоса посмотрев на меня.
— Обсуждение новых условий сделки пока откладывается? Я всё ещё твой жених? Или ты обрадуешь родственников, сказав, что мы разбежались?
— Почему же откладывается? Можно и обсудить, наслаждаясь видами города, — проговорила девушка, скользнув взором по белокаменному храму, посвящённому Перуну. — Мне думается, что наша сделка изжила себя. Многое изменилось.
— Понимаю, к чему ты клонишь, — усмехнулся я.
В глазах девушки на миг полыхнул огонь, но она быстро усмирила его и проронила:
— Да, я тоже так считаю. Только давай объявим о разрыве в понедельник, а в воскресенье повидаемся с моими родственниками. Не хочу, чтобы они расспрашивали меня и утешали, если мы сегодня сделаем вид, что расстались.
— Договорились, — согласился я, остановился напротив девушки и сверху вниз посмотрел ей в глаза. — Только помни, что я сильно расстроюсь, если ты выдашь мои секреты.
— Я баронесса из древнего рода, а не какая-то базарная баба, любящая почесать языком, — гордо вскинула она подбородок, негодующе раздувая крылья носа.
— Помни об этом, — процедил я, наградив её кривой ухмылкой, обещающей страшные муки в случае разглашения моих тайн.
Смертная шумно сглотнула и отвернулась, не выдержав моего колючего взора.
Впрочем, уже через миг я снова улыбался и даже приглашающе указал девушке на небольшой сквер, где щебетали нахохлившиеся птички.
Мы гуляли по центру столицы пару-тройку часов, а затем вернулись в гостиницу, чтобы передохнуть и подготовиться к балу, назначенному на вечер.
Румянцева в номере не оказалось, но там обнаружился Хродгейр. Огромный, с неизменной повязкой на глазах и в таких одеждах, словно явился прямиком из времён, когда викинги грабили Европу. Под его весом поскрипывало кресло, а воздух пах крепким мужским потом.
