Девушка попадает в ловушку опасной страсти, когда трое мужчин втягивают её в игру желания и власти. Она хотела забыть ту роковую ночь, но они не собираются её отпускать. Между подчинением и сопротивлением она теряет себя, становясь пленницей их одержимости и собственных чувств.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мои палачи»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Девушка попадает в ловушку опасной страсти, когда трое мужчин втягивают её в игру желания и власти. Она хотела забыть ту роковую ночь, но они не собираются её отпускать. Между подчинением и сопротивлением она теряет себя, становясь пленницей их одержимости и собственных чувств.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Девушка попадает в ловушку опасной страсти, когда трое мужчин втягивают её в игру желания и власти. Она хотела забыть ту роковую ночь, но они не собираются её отпускать. Между подчинением и сопротивлением она теряет себя, становясь пленницей их одержимости и собственных чувств.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"МОИ ПАЛАЧИ
Блэк Дана. Гринч
Пролог
За дверью грохочет музыка. Ведущий надрывает связки, орет в микрофон, что-то болтает про жениха и невесту.
Наверное, очередной дурацкий конкурс.
И я бы все отдала, чтобы оказаться там, на освещенном банкете, в гуще людей, в безопасности.
Стараюсь ничем не выдать своего страха, но получается паршиво, трепещу, вытираю влажные ладони о костюм и загнанно смотрю на мужа.
- Так и будешь молчать? - спрашивает он.
Он закатывает рукава. На нем белая льняная сорочка, на груди расплывается пятно - кто-то на свадьбе опрокинул на него красное бордо - фруктовые и минеральные нотки в букете, насыщенный вкус.
- Ю-ля-я, - по слогам тянет он моё имя. - Я жду.
Он расстегивает ремень. Итальянская кожа, блестящая пряжка. Вытягивает его из брюк и, свернув, бьет им по ладони.
Вздрагиваю от этого шлепка. Держусь за спинку крутящегося кресла - кусок единственной между нами преграды. В горле першит, я откашливаюсь.
- Артур, - мой голос хриплый, снова кашляю. Чуть увереннее продолжаю. - Ничего не было. Почему ты веришь кому-то, а я...
- Когда ты в ЗАГСе говорила ""да"", - он делает шаг ко мне. - Когда надевала кольцо, - ещё шаг. - Когда в свидетельстве расписывалась, - его спокойные интонации продирают меня до костей. Коленом он упирается в кресло. Серые глаза, опушенные густыми ресницами смотрят в упор, не мигая. - Когда ты взяла мою фамилию - ты стала моей. И я очень огорчился, когда за моей спиной, мою жену натянули на чей-то член, - он резко хватает меня за подбородок. - Ты не права, Юля. Понимаешь?
Не могу выносить стальной взгляд, отворачиваюсь. Он сжимает пальцы сильнее, фиксирует мою челюсть и я смотрю, смотрю, на его полные губы в усмешке, горечью вина дышу, мурашки по телу, как тока разряды, колотят меня.
- Артур, - сиплю, с трудом сглатываю. - Тебе наврали. Я клянусь, поверь мне.
- Не могу, Юль, - он встряхивает меня, и волосы в такт, качнувшись назад, снова рассыпаются по плечам. - Тс-с, не надо меня бояться, - большим пальцем он смахивает с моей щеки набежавшие слёзы. - Я ведь никогда тебя не трогал, Юлечка? И не трону. Наоборот, - Артур отпускает моё лицо. Одной рукой зажимает мои запястья и наматывает на них ремень, вяжет. - Если ты так любишь трахаться с другими - я готов тебе это устроить. Только есть условие, - его губы, дрогнув, растягиваются в подобие улыбки, - пощады не проси.
- Артур, - шепчу. Дергаю связанными руками. Рефлекторно отступаю назад, кресло не оставляю, как щит, катится впереди меня. - Ты про что? Давай поговорим, пожалуйста.
Он не хочет. Оборачивается на стук в дверь и громко сообщает:
- Открыто!
Мы в кабинете администратора ресторана, вокруг полумрак, горит лишь настольная лампа, но из коридора добавляется света.
