В глубинах темного зала академии, мысли героя забыли о пространстве и времени, сосредоточившись на ужасе вокруг. Кроваво-красный свет локка 5 купал все в потоках неистовой ярости, а мрачные лица собравшихся словно окаменели в камне. Герой ощущает, как его сердце гонится за сценой экстремального противостояния, и каждый шаг может быть последним....
— Чем же тебе так насолил этот болван, раз ты пошёл на такую низость? — нахмурился я, мысленно довольно потерев руки.
Пожираемый эмоциями придурок не понял, что его обвели вокруг пальца. Он не сообразил, что на видео не его слуга, а иллюзия.
— Не твоё дело! — выпалил Арафеев, брызжа слюной. — Немедленно освободи меня, иначе я выдвину против тебя обвинения!
— Конечно, — усмехнулся я, бросил ему под ноги ключ от наручников и пошёл прочь. — Только ты всё равно проиграл. Подучись плести интриги, а потом возвращайся.
— Я не проиграл! Ты ничего не докажешь! — злорадно выпалил он и трясущейся рукой поднял с пола ключ.
— А мне ничего и не надо доказывать, — победно проговорил я и картинно щёлкнул пальцами.
Тотчас из-за шкафов вышли наши ошеломлённые однокурсники, тишком приведённые в библиотеку Огневой. В этом-то и состояла её задача.
Но я не хотел заранее говорить красоткам, что именно Арафеев главный подозреваемый, а то та же Белова могла и не справиться со своей ролью.
Сейчас же я обернулся, чтобы посмотреть на вытянувшуюся рожу паренька. Он страшно побледнел, у него даже задрожала нижняя губа, а на глазах чуть ли не слёзы выступили от обиды, что его такого «умного» одурачили, как придурка.
— Нет, нет, нет… Это не то, что вы подумали, друзья, — судорожно пролепетал ублюдок, выронив ключ. — Это просто… постановка, розыгрыш. Гро… Громов заставил меня. На самом деле всё не так…
— Тебе ничего не поможет, — ухмыльнулся я и пошёл прочь.
— Нет, нет, всё не так! Это подстава! Меня опоили! Заставили! — принялся бессвязно вопить смертный, отчаянно пытаясь как-то оправдаться.
На моих губах появилась довольная улыбка. Именно с ней на устах я и покинул библиотеку. Заслуженное наказание для того, кто решил впутать меня в свои интриги.
* * *Кабинет ректора академии графа Альфреда Григорьевича Грейца"
"Взволнованные серые глаза секретарши блестели за линзами очков в серебряной оправе, а грудь часто вздымалась после того, как она на одном дыхании доложила ректору о том, что произошло в библиотеке.
— Ну, Громов… — прохрипел задыхающийся от гнева граф, покрасневший так сильно, будто собирался взорваться.
На его висках вздулись синие вены, похожие на сытых пиявок, а толстые пальцы с седыми волосками подрагивали. Он дёрнул ими ворот рубашки, оторвав пару пуговиц.
