В камине плескались огненные языками, уютно светя над столом, где император и его гость обменивались взглядами, как две капли воды. Яркие ложки и ножи на тонком деревянном блюде свидетельствовали о безупречных кулинарных навыках хозяина, а мысленно подумал я: каждый предмет здесь служит своей целевой цели....
Солнце и вправду светило нещадно, словно всерьёз вознамерилось спалить всё живое на земле. У меня мигом взмокла спина и рубаха начала неприятно липнуть к ней.
А у Хеймдалля из подмышек текло так, что иной водопад мог бы позавидовать. И понятное дело, мусор на улицах при такой жаре начал вонять ещё сильнее и отвратительнее.
Пока мы шли к нужному нам дому, я открыл для себя пятьдесят новых оттенков смрада: от утончённо-гнилостного до насыщенного, выжигающего слизистую."
"Благо, что хоть топать пришлось недалеко.
Хеймдалль сразу же взял след и проронил, сглотнув вязкую слюну:
— Он совсем недалеко отсюда, судя по всему, вон в том высоком здании с конической крышей.
— Что там? — спросил я у троицы зверолюдов, указав рукой на приметную крышу.
Они рядком стояли перед своей халупой: женщина лет пятидесяти, её муж такого же возраста и их сын-подросток.
— Бордель, — в один голос сказали представители сильной части населения.
— А ты откуда знаешь? — нехорошо сощурила глаза женщина, глядя на муженька.
Тот судорожно сглотнул и залепетал:
— Друг… друг рассказывал. А я-то ни-ни…
Однако жена почему-то ему не поверила, с ходу отвесив мощного леща.
Мы с богом не стали смотреть на увлекательный семейный конфликт, а торопливо пошли в сторону борделя.
Вот только Хеймдалль с каждым мигом терял всяческий энтузиазм, замедляя шаг.
— Хем, ты чего так быстро идёшь? Эдак мы догоним Древнего, — иронично хмыкнул я, смахнув со лба пот, размером с виноградину.
— Он не двигается, находится на одном месте, — отвлечённо проговорил асгардец, хмурясь так, будто внутри него снова вспыхнула борьба.
— Что тебя опять смущает? Что мы разозлим Древнего, застав его на какой-нибудь зверолюдке? Да отбрось ты все опасения! Выбрав путь, не испытывай сомнений! — мудро проговорил я, а сам подумал, что бордель — это последнее место, куда, по моему мнению, пошёл бы Древний.
Нет, вот я бы после такого долгого воздержания, как раз и отправился бы по бабам. Но древнее могучее существо… Даже не знаю. Ему как-то больше подошло бы заглянуть в библиотеку.
— Ты прав, — кивнул асгардец и прибавил шагу, вздымая ботинками пыль, покрывавшую улицу толстым ковром.
— Вот это правильный настрой, — повеселел я и тоже ускорился.
