В камине плескались огненные языками, уютно светя над столом, где император и его гость обменивались взглядами, как две капли воды. Яркие ложки и ножи на тонком деревянном блюде свидетельствовали о безупречных кулинарных навыках хозяина, а мысленно подумал я: каждый предмет здесь служит своей целевой цели....
Но на всякий случай оставь какое-нибудь послание своей девушке, а то шут его знает. Может, и вправду не выберемся живыми из этого госпиталя.
— Ваши остроты не добавляют уверенности, — осмелился произнести парень, невзирая на мой высочайший ранг.
Он выбрался из авто, запахнул пиджак и провёл ладонью по остроносому лицу без единой морщинки.
— За мной, — приглашающе махнул я ему и телепортировался на брусчатую дорожку, ведущую прямо к ступеням особняка.
— Я так не могу, — вздохнул парень с толикой зависти и посмотрел на стену.
— Шут его знает. Но ты лезь. Ежели чего, я тебя похороню так, что век помнить будут.
— Не сильно обнадёживающая речь.
— Нет тут никаких артефактов. Слово Руки императора.
Парень шмыгнул длинным носом и полез на стену.
Глава 7
Пётр неловко залез на высокую каменную стену, перевалился через неё и неловко спрыгнул в клумбу, чавкнув жирной грязью.
— Чернобог меня раздери! — ругнулся он, болезненно потирая колено.
— В тебе умер спортсмен мирового класса, — иронично проговорил я, важно двинувшись по брусчатой дорожке, возле которой стояли кованые скамьи.
— Спорт больших достижений вреден для здоровья, — прошипел парень и похромал следом за мной.
— Кто так говорит? — полюбопытствовал я, глядя на силуэт, появившийся в освещённом окне особняка.
— Моя девушка. Она очень умная, начитанная и…
— И твои яйца лежат в её тумбочке, да? — ехидно сказал я, поняв, что Пётр ещё тот подкаблучник, думаю, у него даже разряд есть, и наверняка самый высший.
— Нет! — горячо выдохнул он. — Господин Громов, тут вы не правы."
"— Ага, конечно. А кто принимает решения в вашей паре? И осмеливаешься ли ты говорить ей «нет»?
— Бывает, и говорю, — насупился тот, следом за мной взойдя по ступеням особняка, встретившего нас мощной тёмной от времени дубовой дверью с кольцом вместо ручки.
— Прям в лицо ей говоришь? Не за спиной, не во сне, не шёпотом?
— Ну… и в лицо говорю, — совсем глухо пробормотал Пётр и деликатно постучал кулаком в дверь.
— Да ты герой. Надо бы у императора выхлопотать для тебя какой-нибудь орден, — усмехнулся я и пнул дверь. — Открывайте уже! Александр Громов прибыл со своим помощником, известным ревизором!
— Мне кажется, я не похож на ревизора, — заметил Пётр, смахнув с рукава капельку дождевой воды, сорвавшуюся с крыши.
— Пфф, не мели ерунду. У тебя вон какой длинный и острый нос.
