В тени сгущающихся сумерек, полная луна отражается в глазах Марены — живые и глубокие, а в другом — мёртвые и бездушные. В этот вечер, частью игры, богиня пришёла на поляну с броней надетой, будто ожидая своей роли. Мрачная атмосфера повсюду, но глаза Марены всё ещё озоруют и живы, как только вспыхнет её таинственная улыбка....
Внутри меня встретил полумрак, пропитанный запахами свежей рыбы, масла, человеческого пота и смолы.
— Ни хрена не видно, — пробормотал я.
В тот же миг позади меня возник «светлячок», вызванный Древним. Магия сразу же прогнала полумрак, вырвав из тьмы нескольких крыс. Те с негодующим писком бросились прочь, сверкнув лысыми хвостами.
— Трюм, видимо, ещё ниже, — проговорил я, заметив чуть подальше очередной трап, ведущий вниз.
Мы с Древним прошли по нему и оказались перед массивной дверью, закрытой на навесной ржавый замок.
Тотчас моих ушей коснулся не только плеск волн за бортом, но и знакомый шорох, будто кто-то швырнул магию.
Я сразу же левой рукой схватил Древнего за плащ и резко потянул в сторону. Благо тот оказался лёгким — не как пёрышко, конечно, но всё же. Мне удалось утянуть осьминогоголового с прохода, и тут же из распахнутой двери вылетел огненный шар.
— Зараза, — раздался из соседнего помещения разочарованный хриплый голос.
Глава 21
Я посмотрел на Древнего, стоящего возле деревянной перегородки трюма, под потолком которого завис светлячок, освещая небольшой закуток с единственным трапом.
— Итак, мой башковитый товарищ, какие будут мысли? Кто в нас бросил магический огонь? Крысы научились волшебству или всё-таки как-то сумели освободиться дворяне?
— Ты и сам знаешь ответ, — проговорил Древний.
Я усмехнулся и крикнул:
— Эй, господа, вы чего магией раскидались⁈"
"— Если вы не выпустите нас отсюда, твари, подобру-поздорову, то мы подожжём корабль! — яростно выдал хриплый голос. — Вы, идиоты, оставили в трюме в бочках масло. Знаете, как оно горит? Вся эта посудина вспыхнет! А я точно знаю, что у вас, сраных простолюдинов, лишь два таких кораблика. Потеря даже одного из них сильно по вам ударит. Так что вам проще отпустить нас, чем пожертвовать кораблём.
— Господа, успокойтесь. Мы не простолюдины, мы такие же, как вы, аристократы. И этот корабль теперь принадлежит нам. Мы его вот только что блестящим образом захватили, — проговорил я, почувствовав, как судно качнулось. Видимо, уже подняли паруса, и мы двинулись в море.
— Корабль пошёл, корабль пошёл, — донёсся до меня лихорадочный шёпот женщины.
