В тени сгущающихся сумерек, полная луна отражается в глазах Марены — живые и глубокие, а в другом — мёртвые и бездушные. В этот вечер, частью игры, богиня пришёла на поляну с броней надетой, будто ожидая своей роли. Мрачная атмосфера повсюду, но глаза Марены всё ещё озоруют и живы, как только вспыхнет её таинственная улыбка....
— Вы такой…
— Вы мне неинтересны. Вернитесь к своим спутникам, — жёстко бросил я ей, смерив презрительным взглядом.
— Чего? — опешила она, вытаращив глаза.
— Того.
Дама покраснела как три помидора. Чую, её никогда так не унижали. Но она заслужила.
— Ф-ф-ф, — зашипела женщина, как самая породистая рассерженная гадюка.
Её руки сжались в кулаки, черты лица заострились, нос стал похож на клюв, а глаза сощурились.
— Да как ты смеешь, безродный ублюдок… — прохрипела она, с трудом выталкивая слова из горла, перехваченного яростью.
— Вам надо остыть, а заодно и искупаться, — усмехнулся я и многозначительно посмотрел на Апофиса, указав рукой на женщину.
Тот не был обременён никакой моралью, так что без вопросов махнул хвостом и сбросил её за борт. Правда, довольно мягко. У неё после такого даже синяков не останется.
Женщина ухнула в голубые воды и принялась истошно вопить, взбивая руками мириады брызг:
— На помощь! На помощь!
— Господа, что же вы не прыгаете за своей подругой? — саркастично посмотрел я на дворян.
Хриплый удивлённо выгнул брови, а молодой шумно сглотнул и нервно улыбнулся.
— Кажется, ваш дракон случайно сбросил за борт сударыню, — пролепетал он.
— Нет, совсем не случайно. Вы нас очень сильно недооценили. Мы прекрасно слышали, как вы собирались захватить корабль, а нас спеленать и отправить к отцу вон той рыбёхи, — кивнул я на женщину, плещущуюся в волнах.
— О, давайте всё-таки их грохнем! — радостно воскликнула Мия, потирая ладони.
— Твари неблагодарные, — процедила Марена, стоя возле Сварога.
— Вы всё не так поняли, — выдал хриплый, бегая взглядом по палубе, будто ища выход из ситуации.
— Нет, я всё правильно понял. Мой корабль вы покинете, и у вас есть ровно три секунды. Время пошло. Раз… Два…
Молодой начал заикаться, пытаясь что-то сказать, чтобы я смягчился. Однако битый и тёртый жизнью хриплый сразу понял по моему решительному взгляду, что хрен я сдам назад.
Посему мужчина схватил аристократа за плечо и вместе с ним перевалился за борт. Они бухнулись в воду как раз в тот миг, когда я сказал «три».
— Счастливо оставаться! — крикнул я им.
— Они утонут, — проговорил Древний, глядя на дворян, бултыхающихся среди накатывающих волн.
— Очень может быть.
