В тени сгущающихся сумерек, полная луна отражается в глазах Марены — живые и глубокие, а в другом — мёртвые и бездушные. В этот вечер, частью игры, богиня пришёла на поляну с броней надетой, будто ожидая своей роли. Мрачная атмосфера повсюду, но глаза Марены всё ещё озоруют и живы, как только вспыхнет её таинственная улыбка....
— Что ж, надо бы ещё уменьшить численность нашего отряда, — проговорил я и многозначительно посмотрел на Тахрир.
Та недовольно выдохнула и исчезла в моём артефакте, после чего на палубе остались Древний, Марена, а также смертные во главе с капитаном.
Я подошёл к бородачу и произнёс, протянув руку:
— Ну что, давай прощаться. Как и обещал — этот корабль ваш.
Семерик с почтением посмотрел на мою ладонь, робко пожал её, облизал губы и почему-то бросил взгляд на своих подчинённых. Те с таинственным видом перешёптывались на баке судна.
— Ну давай не робей, говори. Что вы там придумали? — бросил я капитану. — Какой заговор созрел в ваших рядах?
— Никакого заговора! — поспешно выдохнул капитан, хлопая короткими ресницами. — Просто мы это… как бы сказать… Ну, корабль-то вы нам отдаёте, а как же вы сами, господин Локки? Если вам потребуется уплыть, что вы будете делать?
— Найду новый корабль. Делов-то. Вон их сколько в порту.
Капитан почесал роскошную плешь и проронил:
— Это-то да, хорошее решение.
Я хмыкнул и с удивлением посмотрел на бородача:
— И зачем вам такие приключения?
— Ну… — протянул тот, — мы посчитали, что рядом с вами, то бишь с богом, мы чуть ли не избранные, что ли. Да и вы вроде незлопамятный и… человечный. Корабль вон нам дали. Так что мы подумали, что можем и разбогатеть.
Семерик опасливо глянул на меня, словно я мог рассердиться, потому что он вроде как из-за денег собрался мне служить.
— Ценю твою честность, не стал врать, что мол, так загорелся жаждой служить мне, что невмоготу. А что до твоих слов — буду иметь их в виду, — сказал я, похлопав его по плечу.
— Благодарю, господин, — поклонился он, а следом за ним и члены команды, ещё недавно сражавшиеся друг против друга.
Сейчас же они казались единым целым. Неудивительно, ведь эти люди были обычными наёмниками. Это их жизнь — сражаться против одних, а потом с ними же в союзе идти против других.
— Удачи, — сказал я капитану и махнул Древнему с Мареной и Мией.
Мы вчетвером спустились по верёвочной лестнице в уже подготовленную шлюпку, покачивающуюся на воде. Она оказалась довольно маленькой и имела всего пару вёсел. Мне, как джентльмену, пришлось вооружиться ими.
Марена и Мия сразу занялись привычным делом — принялись сверлить друг друга ненавистными взглядами, едва не высекающими искры.
