Автор
В Лондоне средь бела дня начинается серию ужасных зверств. Столица оказывается в огне от беспорядков и драк, когда бедность и разочарование достигли критической точки. Писатель Эндрю Тэйлор мастерски исследует этические вопросы, связанные с обществом, раскрывая тонкую грань между правдой и ложью в мире политических изменений....
Я прослежу, чтобы он был возвращен законной владелице. Где вы его нашли?
— Я точно знаю, что плащ принадлежит другому человеку, — возразил я.
— Глупости! И то же самое вам ответят все, кто живет в этом доме. Спросите хоть слуг, хоть госпожу Ноксон.
— Благодарю, сэр.
Я взял плащ и поклонился.
— Стойте, — велел чертежник. — Разговор не окончен. И положите плащ. Кто вы такой? Не верится, чтобы лорд Арлингтон взял на службу…
Однако я не дал ему договорить и закрыл за собой дверь. Когда я спускался по лестнице, в спину мне неслись окрики Хэксби.
Слуга топтался в коридоре, делая вид, будто осматривает стул, который ему велели отнести наверх. Тяжелой поступью он направился ко мне.
— Я видел вас раньше, сэр.
— Да, — подтвердил я, шагая по коридору к двери. — Я шел за вами, когда вы забрали сундук из Барнабас-плейс в Холборне.
Моя честность застала парня врасплох. Он разинул рот, точно рыба.
Серый плащ висел у меня на локте. Я показал его слуге:
— Чей это плащ? Джейн?
У нас над головами зазвенел колокольчик.
Слуга растерянно моргнул:
— Да, сэр.
— Она здесь? Я бы хотел вернуть ей пропажу как можно скорее.
— Нет, сэр. Джейн здесь больше нет. — Парень протянул руку и коснулся плаща, будто желая убедиться, что не ошибся. Он дотронулся до ткани почти с нежностью. — Госпожа Ноксон сказала, что Джейн должна уйти.
А колокольчик все звенел и звенел.
В коридор вышла тощая служанка и направилась к лестнице. По пути она взглянула на меня.
— Где мне найти Джейн? — спросил я.
Служанка обернулась:
— Джейн? Она в кофейне возле Чаринг-Кросс. — В голосе девушки прозвучали нотки злорадства. — Одно скажу вам наверняка, сэр: сюда она больше носа не покажет.
Откуда-то сверху донесся женский голос:
— Марджери! Ты что, колокольчика не слышишь? Давай пошевеливайся!
Горничная взбежала по ступенькам. Я поспешил к двери. Слуга отодвинул засов и выпустил меня на улицу.
Я проскочил мимо него и сбежал с крыльца, а парень сказал мне вслед:
— Пожалуйста, сэр, передайте Джейн, что Джон ее помнит.
В кофейне не было отбоя от посетителей. Обычно я не хожу в заведения подобного рода, для меня они слишком дороги, но в Лондоне они возникали повсюду будто грибы после дождя. В Уайтхолле считали, что поощрять открытие кофеен не следует, ведь там собираются люди пуританского склада ума.
