Автор
В день свадьбы Карла Стоуна все вокруг рушится: из-за метеорологического сообщения о возможном снегопаде собор заволокло толпой гостей, аэропорт был забит. Тем не менее, торжество продолжается — и лишь дружеский балкон Карла укрывается облаками зимы, изредка выпуская вниз рябь белых хлопьев....
— Просто ты давно не видел меня голой, — возразила Бекка.
— Это можно исправить прямо сейчас!
— Кристос...
Он успешно подавил этот протест поцелуем и повел Бекку к спальне, по пути ухитряясь срывать с нее одежду. Через секунду глаза Кристоса сказали Бекке, что он переживает нечто такое, о чем она даже думать себе не позволяла.
Можно представить, как выглядит мое тело!
К счастью, Кристос не представлял — он был очарован новой тяжестью и чувствительностью ее груди, и небольшое возвышение живота совсем не показалось ему непривлекательным.
...Лежа рядом с ним в кровати, Бекка касалась его теплой кожи и вздыхала:
— Я действительно рада, что...
— Ты удивительная, — сказал Кристос, приподнявшись на локте и разглядывая ее роскошные волосы. — Я хочу отведать каждый дюйм твоего тела.
— Это займет много времени.
— У меня оно есть.
Она улыбнулась медленной, почти непристойной улыбкой и пробежалась пальцами по плоскому животу Кристоса.
— В таком случае, может быть, и я отведаю тебя?
У него лихорадочно заблестели глаза.
— Я весь твой.
Бекка поймала его на слове.
В четыре утра такси подъехало к лондонскому дому Кристоса. Попросив водителя подождать, Бекка вышла и даже не заметила, что температура воздуха упала ниже нуля. Набираясь храбрости, она постояла мгновение, стиснув дрожащими пальцами кованые, посеребренные инеем перила.
Площадь с высокими, импозантными резиденциями эпохи короля Георга была пустынна. С бьющимся от волнения сердцем Бекка поднялась по ступеням, ведущим к сверкающей парадной двери, и нажала кнопку домофона.
— Имя... да, конечно. Меня зовут Бекка Саммер, и я пришла сказать Кристосу, что не выдержу свадьбу.
Знать не зная, что эти слова вызвали шквал активности в недрах дома, она слегка кивнула в ответ на последовавшие (с легкой заминкой) заверения, что ей сейчас откроют.
От волнения Бекка стиснула ледяные руки, не подозревая о том, что камера над головой фиксирует каждое ее движение.
Буквально через минуту входная дверь распахнулась.
Потрясенная Бекка увидела босоногого Кристоса с темной взъерошенной шевелюрой и со свежей щетиной на обычно тщательно выбритых щеках. На нем был черный халат до щиколоток и, насколько она могла судить, ничего больше.
Пришлось втянуть в легкие глоток морозного воздуха. Под тканью — Бекка это знала — его теплая и гладкая кожа.
