Автор
В день свадьбы Карла Стоуна все вокруг рушится: из-за метеорологического сообщения о возможном снегопаде собор заволокло толпой гостей, аэропорт был забит. Тем не менее, торжество продолжается — и лишь дружеский балкон Карла укрывается облаками зимы, изредка выпуская вниз рябь белых хлопьев....
Она сразу разыграла дежурную карту — поинтересовалась, не получает ли сын какое-то извращенное удовольствие, мучая ее.
— Если Алекс и ведет себя неадекватно рядом с тобой, так это потому, что ты заставляешь его чувствовать себя неполноценным, — объяснила Миа Каридес.
Кристос (на другом конце земли) криво ухмыльнулся. Скорее, неполноценным должен чувствовать себя мужчина, нашедший женщину, на которой собирался жениться, занимающейся сексом с другим.
Только он никогда по-настоящему не любил Мелину.
Честно говоря, Кристос даже удивился, услышав о собственной помолвке.
"...Когда Мелина оттащила своего отца в сторону и что-то зашептала ему на ухо, Кристос ничего не заподозрил — пока хозяин не воззвал к тишине и не поделился радостной новостью примерно с тремя сотнями друзей, собравшихся на празднование счастливого тридцатилетнего брака родителей Мелины:
— Счастлив объявить, что моя дочь и наш дорогой Кристос собираются пожениться!
Не желая опозорить полупьяную Мелину, Кристос улыбнулся, принял положенные поздравления и отправился домой с твердым намерением разорвать странную помолвку на следующий же день.
Не в этом ли была его первая ошибка?
А другую он совершил уже на следующее утро, когда появилась смущенная и раскаивающаяся Мелина с обещанием немедленно уладить недоразумение. Ее огорчение казалось неподдельным, она явно была подавлена...
Мысленно он словно услышал собственные слова:
— О чем беспокоиться? Устроим пробный прогон.
— Думаешь?
— А почему нет? Мы встречаемся, хорошо ладим, и никто из нас не ждет любви с первого взгляда.
Раздумья о жизни без любви нечасто тревожили Кристоса. Человек не может тосковать о том, чего у него никогда не было. А может, права Мелина, заявившая как-то, что он не способен на эмоции?..
— Не касается? Ты — глава семьи или нет? — пронзительно поинтересовалась тетя Теодосия.
С печальной улыбкой Кристос переключил внимание на суровую леди, не достававшую до его плеча:
— Титул да пара привилегий. — Когда нарушение биоритма окончательно загоняло его в угол, он заваливался спать на неделю, вот и все привилегии.
— Не ной, Кристос! — заявила старая леди. — У тебя блестящий ум, внешние данные и здоровье... не говоря уж о таланте делать огромные деньги не в поте лица своего.
Черствая похвала вызвала у Кристоса улыбку.
— Извините, тетя, — он смиренно склонил голову.
— У невесты Алекса лошадиное лицо, — с сожалением заметила Теодосия.
— Салли — прекрасная девушка, — автоматически отозвался Кристос.
