Под прилавок зеленщицы непривычно тихо вылились голоса: кто-то изучал древние легенды о голом драконе. Лорд-дракон, казалось, не нуждался в подобной славе и предпочитал мирок зеленщика своим присутствием. Однако даже боги и демоны на этот раз проигнорировали его, заставляя дрожать от невинности и нежности в спальне прекрасной леди. Но пришло время для близких родичей, подобравшихся к ее постели, раскачивая ее на коленях....
Следователь хотел поговорить с Клариссой, но не застал ее в замке и решил передать через лорда Грайси записку с просьбой о встрече. Но дознавательница все-таки подошла, так что необходимость в отдельной встрече отпала.
А записка, получается, осталась у Грайси.
— Та самая, — кивнул Трейн. — Только листочек был целый. Там, где оборвано, я написал время встречи. А что?
— Ничего особенного, — фыркнула Кларисса. — Небольшое недопонимание с лордом Грайси. Он у нас немного зловредный, но ведь, зараза, заботливый!
— Да? — нахмурился следователь.
— Спасибо за беспокойство, но это касается наших личных дел, — твердо сказала Кларисса. — Кстати, у меня есть новости про расследование!
Под суровым взглядом Трейна дознавательница спешно рассказала про нападение на Нэйта, потом про версию Магарыча насчет тайника Древохвата и, буквально в двух словах, про находку насчет отбора, и распрощалась.
Посвящать Трейна в историю про Грайси, вообразившего, что Кларисса может влюбиться в раненого посла после ночного бдения у постели, она не стала.
Должно же у них быть хоть какое-то секретное оружие!
Глава 37
Распрощавшись с господином Трейном, дознавательница направилась к королевскому замку.
После бессонной ночи Кларисса мечтала быстрее добраться до своей комнаты и отдохнуть, но до замка, как назло, было далековато.
Обычно Кларисса не замечала этого расстояния — она ходила тут или с Мелли, или с Магарычем, и в разговорах время проходило незаметно. Но теперь дознавательница была одна и слишком устала, чтобы любоваться аккуратными зелеными улочками и песочно-желтыми домами из ракушечника. Она отвлекалась только мыслями о расследовании.
«Допустим, Гарденвуд и есть тот самый заместитель распорядителя отбора», — прикидывала дознавательница, — «и он получил неожиданное повышение по службе после казни начальника по результатам рокового отбора два года назад».
По ее подсчетам получалось, что в прошлом году мерзкий распорядитель просто присматривался, тренируясь устраивать отборы, а в этом уже конкретно нацелился возобновить эксперименты на участниках.
