Автор
Девушку продали на аукционе вампирам планеты Эльмира, где люди — ценный деликатес. Теперь ей предстоит выжить среди кровожадных существ, научиться уворачиваться от укусов и найти выход из этого опасного мира, где каждый день может стать последним.
На смену внезапному испугу пришло негодование. Я потянулась и всё-таки укусила вампира за шею. Он, видимо, не ожидал — хотя мог бы догадаться, — и не успел предпринять меры. Ледышка застыл, как бы парадоксально ни звучало, а я от души и отчаяния цапнула, немного прокусив на удивление тонкую кожу. Несколько капель с металлическим привкусом обожгли язык…
Мир закружился в пьяном вихре чужих воспоминаний и ощущений… Я словно съела полмешка экстези и запила это дело бутиратом. Цветные картинки мелькали перед глазами, сбивая с толку, при этом я испытывала фантастическое чувство эйфории и невероятный прилив сил.
Ощущение, что я могу не только горы свернуть, но и слепить из них что-нибудь новенькое, и море не просто по колено, а так — лужица по щиколотку. У меня словно крылья за спиной выросли, и я могу облететь весь мир, не прилагая усилий…
— … что вы сделали? — подозрительно хрипло поинтересовался кто-то рядом, разрушая мой маленький наркотический мирок иллюзий. Галлюцинации исчезли, а вот ощущение острого возбуждения осталось. Пожалуй, ещё никогда я так сильно не хотела незнакомого мне вампира…
Интересно, если я сейчас нападу на министра и изнасилую, что он на это скажет? Отблагодарит или накажет? А если накажет, то как?
— Если вы испытываете нечто подобное каждый раз, когда сосёте… сосёте кровь, то понятно, почему до сих пор Лизины попытки соблазнить вас не увенчались успехом, — я отлепилась от вампира, который выглядел поражённым, продолжая меня всё это время удерживать. Он словно не понимал, что происходит.
— Вы не должны были кусать меня, — заторможенно выдохнул Ледышка и потрогал место укуса, которое, кстати говоря, уже зажило. Всё-таки мифы не лгут о вампирской супер-регенерации. Она существует.
Я стряхнула невидимую пылинку и усмехнулась.
— Я и на свет должна была появиться в начале марта, а вылезла первого января. И выжить не должна была: лёгкие не раскрылись, — а выжила всем законам логики назло. Так что, господин министр, я никому ничего не должна. Только Конституции Российской Федерации и родителям.
Вампир растаял в воздухе и появился прямо перед моим лицом, пугая пронизывающим до костей взглядом.
— Никогда. Никогда — слышите? Не делайте так, — прозвучало очень внушительно. Тем самым местом, которое отвечает за интуицию, почувствовала, что за простым предупреждением скрывается нечто большее. Я прониклась.
— Укус… для вас много значит, да? — выдвинула своё предположение, осторожно обходя вампира.
