Автор
В тепле этого первозданного покоя, где каждое дуновение вета кажется знаком судьбы, мужчина выбежал на террасу из затерянной штольни. Его сердце билось так крепко, словно ожидая какого-то решительного шага, даже когда седые волосы стекали по его лбу потоком холодных капель....
Но нас усиленно сажали вместе за стол, а после обеда предлагали бедному парню прогуляться со мной, малявкой, по саду.
Надо ли говорить, что, как только мы скрывались из виду бдительных материнских очей, я уносилась играть с ровесниками, качаться на тарзанке, лазить по вишням за спелыми и запретными ягодами, а Зак так же исчезал в неизвестном направлении. Возвращался, правда, всегда вовремя, умудрялся отловить меня практически везде и вернуть в целости и почти сохранности матери. Порою от него пахло терпкими духами, из тех, которые моя матушка называла вульгарными…
Но помолвки так и не состоялось: у «жениха» проснулся дар, моя маман сморщила свой изящный носик и, высказав подруге свое веское «фи», отправилась на поиски нового кандидата в мужья для дочери.
Вспомнилась вдруг статейка в бульварной газете, что вышла полгода назад, о том, что Зак разорвал со скандалом очередную помолвку. Автор заметки оказался дюже злоязыким и окрестил Зака «предалтарным мандражником» и в витиеватых фразах сообщил, что у отпрыска знатного рода не иначе маниакальный синдром: объявить о помолвке, а потом ее же и разорвать.
"Грег, помнится, прочитав ту статейку, засмеялся и заявил, что скорее всего, ее проплатила очередная отвергнутая девица. А потом предположил, что, вернее всего, обедневшему аристократу родители просто искали партию повыгоднее, а он взбрыкивал в последний момент, когда о помолвке уже писали в газетах…
Так или иначе, но тот пасквиль сейчас оказался мне на руку.
— Маньяк, говоришь? — прошипела Морт.
— Да, «Столичные вести» писали.
Хозяйка кабинета побарабанила пальцами по столу, а потом решительно произнесла:
— Ну, значит придется тебе из него сделать приличного человека… Как, кстати, твое имя? — спросила миссис Эринг.
— Шенни, — я чуть запнулась на новом имени.
— Шенни, и все? — подозрительно уточнила директирса.
