Там уже лежала и грязная тарелка, а на плите стояла утятница, накрытая полотенцем. На столе покоилось блюдо с домашним печеньем. Это Вероника для Перекатникова старалась. Сначала обед, а потом тихий час с громкими стонами. Так было и будет. Никита не должен вмешиваться в ее жизнь. Внес какое-то разнообразие в серые будни и назад, к Даше под крылышко.
— Кушать будешь? — спросила она.
Они с Угаром съели по шаурме, но с тех пор прошло часа два. Можно было бы и перекусить, но Никите что-то не хотелось прикасаться к еде, которую эта очаровашка готовила для какого-то винторогого козла.
Вероника кивнула, будто соглашаясь с ним, достала чистую тарелку, открыла утятницу, а там плов, много мяса и моркови. Запах поднялся такой, что у Никиты потекли слюнки.
Девушка наполнила тарелку, поставила перед ним и заявила:
— Не хочешь, не надо!.. Телефон! — Она отдала Никите ложку, которой накладывала плов, и поспешила в прихожую.
Он удрученно глянул ей вслед. Ну да, любимый звонит, как тут не поторопиться.
Дверь Вероника не закрыла. Он слышал, как она оправдывалась, говорила, что пошла в магазин, встретила подругу, заболталась, а телефон тупо забыла дома. Про Никиту девушка даже не заикнулась.
Впрочем, он и не боялся. Никто не собирался отдавать за него три миллиона долларов. Вероника пошутила, это вне всякого сомнения. Возможно, сгоряча Перекатников устроил ей разнос, запугал до нервного тика, но когда это было? С тех пор немало воды утекло. А ведь она не просто течет, даже раскаленный мотор охладить может, не зря ее в радиатор заливают.
Но мотор мог раскалиться снова. Если Перекатников учует подвох и вернется, да еще и амбалов каких-нибудь с собой прихватит. Похоже было на то, что Стас всерьез собрался ограбить Перекатникова. Это значит, что Никите ни в коем случае нельзя светиться. Проблемы ему не нужны.
Вероника вернулась на кухню, глянула на тарелку.
— Что, не вкусно? — с заметным расстройством спросила она.
— Нет, очень вкусно, спасибо. Просто Саша аппетит испортил. — Он зачерпнул из тарелки ложку плова, отправил в рот.
— Мой Саша. — Она вздохнула. — И никуда от него не деться. — Вероника посмотрела на Никиту так, как будто он просто обязан был забрать ее из этого вертепа.
— Жизнь, она такая, — сказал он.
— Да я, в общем-то, и не жалуюсь. — Она с усмешкой глянула на него.
Не хочет он ее похищать, и не надо. Не особенно Саша и плох, не так уж и противно под ним раздвигаться. А иногда и приятно.