Автор
В Лос-Анджелесе прохладный зимний день: адвокат смотрит, как его клиент, Габриэль Уильямс — окружной прокурор, поднимается на скамьи обвинения. Стоя по другую сторону стола от Джо Ридела, политического консультанта, они ждут начала заседания. Кровь приливает к лицу Уильямса, он готовится принять вызов, но уже в руки адвоката легла новая ловушка......
Значит, источник, близкий к стороне обвинения? Совсем близкий — через проход, рукой подать!
— Ваша честь! — вскипел Ройс. — Я не…
— Мы задерживаем начало процесса, — отрезала Брайтман. — Вернемся в зал.
Мы поплелись следом за судьей. Кэйт Солтерс сидела во втором ряду, и я быстро отвернулся, чтобы не встречаться с ней взглядом. Неназванным источником был я, а целью — дать защите фальшивое чувство превосходства. У меня и в мыслях не было влиять на состав присяжных.
Вернувшись в кресло, Брайтман записала что-то в блокноте, а затем обратилась к присяжным, вновь предостерегая от чтения газет и просмотра телевизионных новостей во время процесса.
— Одри, коробку.
Секретарь взяла коробку с леденцами, стоявшую у нее на столе, высыпала леденцы в ящик стола и передала пустую коробку судье. Брайтман вырвала из блокнота чистый листок, разорвала его на шесть частей.
— Я пишу здесь номера с первого по шестой, чтобы случайным образом выбрать того из присяжных запасного состава, кто займет вакантное десятое место в жюри.
Она сложила бумажки, бросила в коробку и хорошенько потрясла ее в руке, затем другой рукой вытащила одну бумажку и развернула."
"— Номер шесть! Будьте добры, займите десятое место.
Новым присяжным под номером десять стал тридцатишестилетний статист Филипп Кернс, работающий в кино и на телевидении. Скорее всего это означало, что актер он самого последнего сорта и едва сводит концы с концами. Человек с нижнего конца социальной лестницы, сам неудачник, вполне мог симпатизировать защите, выступавшей против сильных мира сего.
Глядя, как он занимает место на скамье присяжных, Мэгги прошептала мне на ухо:
— Надеюсь, это не твоих рук дело? Если так, имей в виду: мы, возможно, только что потеряли один голос.
Я поднял руки, решительно отрицая свою причастность, но она, похоже, осталась при своих подозрениях.
Брайтман развернула свое кресло в сторону скамьи присяжных.
— Итак, наконец мы готовы начать. Процесс откроется вступительным словом сторон.
