В Ловушке для Артефактора, будь то я или она, завтра утром мы станем жить вместе с самым привлекательным парнем академии. Смех и грусть плавают в воздухе, напоминая о том, как я раньше отталкивалась от Ролана, пока не осознала истину в его чувствах.
Неожиданно свечение от ее пальцев потускнело, будто она истратила весь резерв. Элена растерянно посмотрела на свои руки и резко вскочила на ноги. — Она не заваривала гребаный отвар, она в чайную смесь добавила травы, блокирующие магию! Это ловушка, мы должны предупредить команду!
Что?! ЧТО?!
В первые секунды я даже не поняла, о чем толкует целительница. Медленно перевела взгляд на ее руки. Сердце ухнуло в пятки, а все пазлы наконец сложились в одну общую удручающую картинку.
— Подожди! Ты куда?! — бросила я ей вдогонку, когда Элен рванула к лестнице, ведущей из подвала.
Даже после ее вмешательства Мирон все еще выглядел плохо, поэтому я подставила ему свое плечо, помогая подняться. К счастью, спорить он не стал. Вместо этого в глазах мага отразилась благодарность. — Целительской помощи бедолаге явно не хватило — Элена ведь тоже пила утром чай. Мирону все еще было плохо.
— В свою комнату! — не оборачиваясь ответила она. — Ждите тут! У меня есть кое-какие зелья, они ослабят действие блокиратора!
Она вернулась быстро, мы даже до лестницы доковылять не успели, как девушка белкой перепрыгнула через несколько ступеней и оказалась рядом.
Вот как выглядит готовая к битве королевская гончая.
Без церемоний, не тратя времени на просьбы и объяснения, она влила в рот Мирона что-то из маленькой склянки и отбросила флакон в сторону.
— Ты еще слаб, тебе лучше остаться здесь, — строго произнесла она. — Это должно помочь восстановиться, но подействует не сразу, так что я не смогу быстро привести тебя в порядок.
Мирон с усилием, но встал ровнее, я втихаря выдохнула — тяжелый он.
— И пропустить все самое интересное? — хмыкнул мужчина, давая понять, что спорить бесполезно — его не переубедить. — Нет уж, я с вами. Тем более что в том, что случилось, виноват я, — уже без тени улыбки добавил Мирон. — К тому же, похоже, я единственный, кто не пил блокиратор.
Странно, но я совсем не винила его. Какими бы неприятными ни были наши прежние отношения, я понимала, почему он так поступил.
К куполу бежали так, будто за нами гнались самые страшные и кровожадные твари. Мирон оступался, подворачивал ноги, на наши косые взгляды отмахивался. Перепрыгивая через камни и коряги, мы спотыкались, но все же продолжали путь.
