Настя подавилась смехом, но угроза декана Льва Петровича не преминула ее остановить. Четырнадцать капель на стакане — это всего лишь начало борьбы за справедливость в университете "Современная Соколиная Гора". Здесь действуют свои законы, и каждому по силам!
— в Нью-Йорк он собрался… идиот.
— Мне уже ревновать, Максимова?
Я непонимающе перевела на него взгляд. Моргнула и недовольно поджала губы.
— Вопрос не в этом.
— А в чем же?
Я повернулась на бок и устроилась напротив него на локте.
— А в том, профессор, будете ли вы каждый раз называть меня «Максимовой», когда сердитесь…
Его глаза заметно потемнели, а холм на штанах снова подрос.
— Если прямо сейчас не хочешь играть в профессора и студентку, советую прекратить меня так называть. И «выкать».
Я поиграла бровями.
— Я смотрю у вас страсть к ролевым играм… профессор.
— Ах ты маленькая… — он повалил меня на спину, мгновенно оказавшись там, где должен был еще пять минут назад — у меня между ног…
И тут снова зазвонил телефон.
Точнее, не зазвонил, нет — завибрировал так, как если бы пришло сообщение или имейл. Прямо под моей задницей.
— Нахрен всех… — прорычал Донской, стаскивая мои трусики через ногу и одним плавным движением оказываясь глубоко внутри.
Не скажу, что я была против — тем более, телефон довольно эротично провибрировал — почти как тогда, на той роковой лекции, будоража все нужные места…
И все же любопытство и желание узнать, что там в этом компрометирующем видео, оказались сильнее, и первые несколько минут, пока Матвей двигался во мне, я так и не смогла сконцентрироваться на собственном удовольствии.
Недовольный, он перевернул меня на живот и поставил на колени, заставляя прогнуться в спине. Снова пристроился, проскальзывая внутрь до самого основания.
— Буду трахать тебя, пока не кончишь… — сообщил мне сквозь тяжелое дыхание — судя по которому кончать мне придется очень быстро, если я вообще хочу успеть.
Почему-то это завело меня — осознание, что он еле сдерживается, чтобы не отпустить себя, не ускорить темп, потому что тогда все закончится слишком быстро…
Почти до боли вцепившись в мои ягодицы пальцами, он двигался аккуратно и умопомрачительно медленно — не пуская себя слишком глубоко внутрь и не давая мне подаваться назад, насадиться на его член самой, чтобы ускорить процесс… Потому что мне не хватало, черт бы его побрал, не хватало размаха и мощи ударов, потому что это пытка, а не секс, мать его!
— Сильнее… пожалуйста… — вырвалось против моей воли, приглушенное кулаком, в который я, как оказалось, впилась зубами.
И он не выдержал — дал мне это «еще» — вышел почти полностью и с силой, с громким, хлопающим звуком вонзился обратно, мгновенно заполнив меня и вталкивая лицом в подушку.
