В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
Зачем, если она все даст сама? И ведь красивая девка, высокая, фигура нормальная, с восточной ноткой.
— Андрей, — почти шепчет, снова наступая на меня, тянет руку, смахивая невидимые пылинки с моей рубашки. — Ты парфюм, что ли, поменял? — демонстративно глубоко вдыхает. Снова отступаю, уворачиваясь, чтобы не трогала меня.
— Екатерина, соблюдайте субординацию, не нужно мне «тыкать» и задавать глупых вопросов! Если вам есть что сказать по делу, говорите, — вздергиваю бровь. Девушка мнется, подбирая слова.
— Андрей, я не понимаю, мы же…
— Что мы? Что, Катя?"
"— То есть ты просто поимел меня, — обиженно кидает мне таким голосом, что вот-вот заплачет.
— Ох, не нужно этих драм, Екатерина. Ты красивая, вроде неглупая девушка. Понимаешь, когда женщина сама продает себя, через пять минут тесного знакомства уже легко позволяет трахнуть себя в туалете, то ее ни один мужик не будет рассматривать на долгосрочные отношения.
— Да ты… Вы! — взрывается она, начиная злиться.
— Тихо, — обрываю ее. — Я говорю это не для того, чтобы тебя обидеть. Задумайся, переосмысли отношения с мужчинами, и будет тебе счастье. Всего хорошего, Екатерина.
Девушка хочет еще что-то сказать, открывает рот, но я не хочу слушать, разворачиваюсь и спускаюсь по лестнице.
Выкидываю из головы Катю, как только покидаю здание. Заезжаю в ресторан, беру ужин, покупаю новую сим-карту для Василисы, оформленную на мое имя. Мне не нравится, что она без связи и я не могу в любой момент с ней связаться. Неспокойно мне, даже несмотря на то, что она заперта в моей квартире. В супермаркете у дома беру ей ведерко мороженого с ягодами.
Пока поднимаюсь в лифте, улыбаюсь, прикрывая глаза.
***
— Иди ко мне, детка, — хлопаю по коленям, съезжая на диване немного ниже, откидывая голову на спинку. — И мороженое прихвати, сам тебя покормлю.
— Так я вроде самостоятельная девочка, — усмехается Василиса, но мороженое берет. Садится на меня, лицом к лицу.
