В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
Начинает тошнить от вас.
Глава 4
Василиса
— Ирод просит завтрак в спальню, — Люба ставит предо мной поднос с кофе, омлетом и тостами. Все, как любит гадёныш.
— А почему я? Не хочу ничего ему относить, — фыркаю, подумывая плюнуть Марку в кофе.
— Ты не забывайся. Ирод сын Демьяна Ростиславовича, и наказывать его будет только отец. А мы прислуга, — осаживает меня Люба. Она, конечно, права. Моя личная неприязнь – это моя проблема. Я на работе. Беру поднос, иду наверх.
Стучу.
— Да! — раздаётся голос Марка.
Прохожу. Гаденыш сидит в кресле, что-то листая в планшете. Молча ставлю на столик рядом с ним поднос, разворачиваюсь, чтобы уйти, но парень хватает меня за руку.
— А где же «доброе утро»? «Приятного аппетита»? — ухмыляется.
Выдёргиваю свою руку из его захвата.
— Доброе утро. Приятного аппетита, — монотонно произношу. Снова пытаюсь уйти, но гаденыш соскакивает с места, обгоняет меня и облокачивается на дверь, не выпуская. — Что еще? — вздергиваю брови.
— Вась, а что у тебя с Андреем? — вдруг интересуется он.
— Я с тобой не разговариваю на посторонние темы. Выпусти! — требую.
— То есть между вами что-то есть? — не унимается он, играя бровями.
— Да с чего такие выводы?! — начинаю злиться.
— Бог дал мне глаза и уши.
— И обделил мозгами, — теперь ухмыляюсь я.
— Вася, бля, язык прикуси! — тоже злится.
— Так я же сразу сказала: не разговариваю с тобой. Только по работе. Отойди!
— Ты что от меня хочешь? Я принес извинения этой лохушке. Мою карту опустошили в её пользу.
— Ничего, с голоду не помрешь. Меньше бухать будешь – мозги, может, на место встанут.
— Язва. Но ты мне нравишься, — смеётся.
— Ой, давай только не будем вот это… — закатываю глаза.
— Ты мне вообще-то, как «свой парень» нравишься. А не то, что ты подумала.
— Слава богу, — наигранно вздыхаю. — Все сказал? Можно я теперь выйду?
— Как только скажешь, что у тебя с Андреем.
— Нет у меня с ним ничего и быть не может.
— Ммм… — прищуривает глаза. — А смотрит он на тебя, как голодный зверь, и цепляет постоянно, потому что…
— Потому что мудак! — психую я.
— Ого. Какие сильные эмоции. У нас служебный роман? — ржет, но от двери отступает, направляясь к своему креслу. Открываю двери, но оборачиваюсь, прежде чем выйти."
"— Ты бы хоть книги почитал умные или делом каким-то занялся, а то нафантазировал тут от скуки, — кидаю ему и покидаю комнату, захлопывая дверь.
