В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
Ненавижу! Мне казалось, за годы я выросла, поменялась, и этого со мной больше не повторится. Но нет, все снова происходит. Мужчины пользуются мной и вытирают ноги. Похотливые животные. Нет, даже не животные. Животные так не поступают. Мрази!
— Что ты сказала? — рычит на ухо мой насильник и ударяет кулаком в стену над моей головой. Вздрагиваю, сжимаясь. Сама не заметила, как обозвала его мразью вслух. — Маленькая шлюшка, — начинает злиться мужчина и резко разворачивает меня к себе лицом. В серых глазах плавится сталь, там ярость.
Ну что ты, Вася, дай ему отпор, выцарапай глаза, ты уже не маленькая девочка, а он не пьяное быдло. Но нет. Моя фобия сильнее меня. От шока я не могу пошевелиться.
Голова кружится, в глазах темнеет, все, что я могу, это только судорожно глотать воздух, пытаясь выжить.
Следом за блузкой он рвет мой бюстгальтер и задирает узкую юбку.
Что-то хрипло шепчет, рычит, вколачивает в стену, когда мои ноги подкашиваются и я начинаю сползать на пол. Жадно целует шею, кусает губы, когда я не отвечаю на поцелуи. Ругается матом за мою бесчувственность. А я чувствую только нехватку воздуха и сердце, которое заходится аритмией.
— Какая же ты сладкая, — хрипит, захлёбываясь похотью, обдавая мое лицо запахом спиртного. — Отвечай мне, — сначала просит.
Зажмуриваюсь и замираю, когда слышу звон пряжки мужского ремня и расстёгивающей ширинки.
Вскрикиваю, оттого что мужчина дергает мои трусики, впиваясь тканью в промежность. Разрывает их, оставляя болтаться на одной ноге. Очередной укус наполняет мой рот металлическим привкусом крови. Мужские пальцы накрывают мою плоть, пытаясь в меня проникнуть.
— Сухая! — недовольно констатирует мой насильник. Ну извини, не теку, когда меня берут силой! — Фригидная, что ли?
Может, и фригидная. Я не знаю. Все мужчины в моей жизни брали меня именно вот так.
— Ну давай, детка, реагируй, мне кайфа твоего хочется, — хрипло шепчет он, пытаясь дать нежность, аккуратно водя пальцами между моих ног, целует, окончательно лишая дыхания. Резко отворачиваюсь, глотая воздух.
