В темной комнате висит единственное мерцание тусклого света от лампы. Андрей Сергеевич смотрится величаво и надменно, его грубые движения заставляют дрожать горничную. Опасность проникает в уши — он готов использовать ее без жалости ради удовольствия.
От любого резкого движения простреливает в висках. Принимаю горячий душ, пытаясь согреться. Нет, я не идиот. Отказываться от лечения не собираюсь. Не пришла бы Василиса – вызвал бы врача. Но моя прекрасная медсестра здесь. Она делает вид, что равнодушна, но у нее плохо получается. Давай, детка, сдавайся, ты же уже изменила свое отношение ко мне. Я вижу это по ее глазам, там больше нет ненависти ко мне. Праздновать победу явно рано, но мы сделали один большой шаг. Не без Динки, конечно. Это было ненамеренно… И меня тоже очень беспокоит то, что моя дочь видит в каждой женщине мать.
"— Так! — строго начинает она, растворяя в стакане порошок. — Вот это выпиваешь вместе с этими таблетками, — раскладывает все на тумбе. Послушно сажусь, глотаю все, что она дает. Из ее рук я приму даже яд. Когда впервые увидел Василису, даже не подозревал, что похоть перерастёт в нечто большее, и вот уже помимо секса я хочу от этой девочки много. Того, что она не может мне дать.
Самые ценные женщины – те, которые достались вам в борьбе.
— Вот это выпьешь утром, — указывает на пилюли. — А если будет температура, то еще и вот это, — в повелительном тоне наказывает она.
— Как скажешь, моя госпожа.
— И в постель немедленно! — сама расправляет кровать, убирая покрывало.
— Выключи верхний свет, оставь только светильник, — прошу ее, ложась. Василиса кивает, щелкая выключателем. — И останься, пожалуйста.
— Зачем? — сводит брови.
— Просто полежи со мной.
— Андрей, это лишнее.
— Возможно. Это просьба. Хочется тебя рядом.
— Нет, вы посмотрите, какой мерзавец! — возмущается она. — Пользуется тем, что болен, — подходит к кровати, ложится.
Усмехаюсь, поворачивая к ней голову. Рассматриваю. На ней что-то невообразимо сексуальное. Легкие штанишки и маечка. Тонкая материя красиво повторяет изгибы ее тела, выделяя выдающиеся прелести. Прикрываю глаза. Несмотря на болезнь, я остаюсь мужчиной, который хочет эту женщину.
Хочется протянуть руку и просто прикоснуться, погладить бедро, грудь. Нет, ни хрена не просто.
Девочка моя, маленькая, доверься мне, и я порву всех за тебя.
Хочется сказать это вслух, но как только начинаю как-то обозначать свою симпатию, Василиса тут же закрывается со страхом.
— Если бы у тебя была возможность выбирать, чем заниматься, что бы ты делала?
— В каком плане?
— В плане работы, учебы, саморазвития, своего дела.
