В бесконечной темноте пустыни, где не царит ни звезды, ни ветер, мир репликанта и его создателя Ивы Лебедевой разделила лишь полупрозрачная тень. Они обменялись недовольством за то, что один спрятался, а другой упустил время. Теперь они смотрят друг на друга через молчание — Оно в черной тени, она в ярко-синем платье, словно радуга, которая не может прорваться сквозь их замкнутый мир....
Там мелким будет где гулять… Коньяк вон продадим и…
— Нечестно продавать коньяк, если ты от дарителя смыться собираешься. — Ксан закончил сканирование и полез в шкаф за портативным инъектором. — И не ты ли мне трындел, что на дикой планете твоих котов сожрут, покусают, заразят и обидят?
— А если выбрать безобидную какую планетку? Я слышал, на голубой спирали есть такие…
— Тогда у нас денег не хватит. Мы в гильдию наемников три дня назад взнос внесли, оплатили мне повышение квалификации, а тебе тренировочный комплекс красного уровня.
Баад приуныл. Ксан в их паре всегда заведовал финансами, и если он сказал, что денег нет, значит, их нет. Бросать друзей ради побега от странного чудика из другой вселенной Кпинга тоже не считал правильным. Тупик?
— Ладно. Решим проблемы по мере их появления. Может, удастся его отговорить, когда очнется? У него ведь все в порядке с логикой… я надеюсь, — тяжело вздохнул он, устраивая кокон на диване.
— Надейся, — разрешил Ксан.
— Рж-ж-жадь, — сквозь зубы ругался Кпинга, разматывая кокон из одеял. — Только этого мне не хватало, купать какого-то постороннего мужика в своей ванной!
— Да не парься ты, в конце концов, отнесись к нему как к еще одному приблудному коту.
— Нашел с чем сравнивать! Коты — это… коты! У котов хотя бы шерсть, их даже грязных гладить приятно. А мужиков — нет!
— Ну, кстати, шевелюра у него как раз мягкая. Будет, когда отмоешь. Попробуй.
— Ржадь…
Глава 7
— Да не брыкайся ты… свалился на мою голову, чтоб тебя ржа поела… — бухтел Баад, поливая из душа лежащего на дне ванны пришельца. Пришелец был голый, синий, жалкий и несчастный, он пытался свернуться клубочком и тихо хныкал, не приходя в сознание.
— Я тебе даже слегка сочувствую, — продолжал разговаривать с телом Кпинга, — но обтирание ледяным коньяком было бы хуже, поверь. Я разок пробовал.
