Автор
В мире холодных огней и бессонных снов, серый маг Айвер отчаянно цепляется за жизнь в бездне боли и ужаса. Каждый новый взрыв разрывает его тело на части, но он продолжает бороться, словно стремящийся вырваться из вечной ловушки. С каждым мигом темноту становится все явственнее и невыносимее, пока она не крошит его душу до основания....
И, если поверия маров точны, я повелеваю дереву овады указательным пальцем. Но я же не мар. Ладно, это легко проверить. В памяти возник образ Али-Бабы. Что ж, в каждой сказке есть доля сказки, как любит говорить Карл. Указываю пальцем примерно в середину кругов и произношу:
- Откройся!
Дерево послушно раскрылось, словно это обычные раздвижные двери, украшенные толстой корой. Внутри я разглядел небольшую тёмную пещерку. Собравшись с духом, шагнул внутрь. Отверстие тут же сомкнулось, но меня это не испугало. Возникло странное ощущение, что я наконец-то дома.
Когда глаза привыкли к полумраку, я увидел посередине нечто вроде очага из камней, на котором лежала огромная книга. Сверху, словно из несуществующего отверстия, лился мягкий свет. И казалось, что книга и сама светится.
Как завороженный, шагаю к ней. Из-под ноги с неприятным дребезжанием вылетает задетая мной железная кружка. Вздрагиваю от неожиданности. Это кружка Шайри. Значит, она здесь и живёт. Внутри дерева, а не в каком-нибудь гнезде, как я всё время шутил.
Улыбаясь воспоминаниям, подхожу к книге. Страницы старые, пожелтевшие от времени, с замусоленными краями, как если бы книгой пользовались ежедневно лет так сто. Но при всём этом, сами страницы... пусты. Ни буковки, ни рисунка, ни закорючки. Ничего.
Я растерянно полистал страницы, но так ничего и не нашёл. Впрочем, сама книга меня интересовала мало. А вот хозяйка этой маленькой пещерки всё больше. Если дерево живое, где же сама Шайри?
Ощупывая стены, натыкаюсь на узкую скамейку.
- Что ещё мне сделать, деревяшка проклятая, чтобы ты меня выпустила?!
Тут листы книги зашевелились, словно от невесть откуда взявшегося сквозняка. Шорох их напомнил шипение змеи. И мгновенно всё стихло.
Медленно, стараясь не касаться самой книги, я обошёл очаг. Теперь слова можно понять.
Связанные узлы живы перехлестнулись, связав время и людей. Тот, кто видел будущее, стал будущим. Тот, кто пожертвовал жизнями других, стал жертвой. Та, что лишилась живы, стала живой. Та, что отреклась от судьбы, стала судьбой.
