Автор
В душе прорывается боль и отчаяние - каждое слово из этих записей как кислота, рвущая дыры в сердце: "Он позвал меня на свидание", "Сегодня впервые поцеловал", "Сказал, что любит". Но писать о том, что стало лишь месяцем после "отношений", становится невыносимо.
Я замираю на пороге, он тоже жадно осматривает меня, потом говорит:
— Прости за опоздание, искал волшебную ромашку, хотел на любовь погадать, — я невольно улыбаюсь.
— И что тебе рассказала ромашка?"
"— Сказала, что одна прекрасная особа с рыжими волосами давно влюблена в меня, но боится признаться, — делает решительный шаг вперед, и уже почти привычным движением прижимает к стене. Я заворожено смотрю на него. Зачем он именно сейчас завел этот разговор? А он продолжает. — А ромашки ведь не врут? — пытливо смотрит, а у меня ком к горлу подкатывает.
— Не врут, — шепчу я, — ромашки не могут врать.
Его губы сильнее впиваются в шею, руки забираются под платье, я уже тяжело дышу. Потом все же крупица здравого смысла возвращает меня в реальность.
— А мы уже никуда не идем? — хрипло спрашиваю я.
Костя разочарованно стонет.
— Хотелось бы послать всех, но нельзя. Придется терпеть до окончания вечера.
— Я не позволю! — строго говорю я. — Я сегодня иду на приличный вечер, где будут только серьезные люди. Там не место для шалостей!
— Повторяй это почаще, тогда, может, и я поверю. Но правда в том, что все эти серьезные люди — те еще мудаки. Ладно. Пойдем, а то и правда опоздаем.
— Ну, теперь уж нет. Мне надо поправить макияж, который ты чуть не испортил. Ты же не хочешь, чтобы твоя девушка пришла на вечер, как растрепанный воробей.
— Наоборот, очень хочу. Чтобы ты была похожа на слегка растрепанную женщину после секса. Тогда всем станет понятно, что ловить им нечего.
— Или тоже захочется попробовать, — подначиваю я Костю.
— Так. Иди, поправляй свой макияж, а то сейчас вообще дома тебя оставлю!
— Есть! Мой командир!
Мы въезжаем на территорию одного из известных в городе загородных клубов, народу здесь уже полно. Выходим из машины, идем к ресторану. Зайдя внутрь, я вижу не совсем то, что ожидала.
— Удивлена?
— Ага. Я думала это серьезный вечер для пафосного народа. Разве ты не так сказал?
— Нет. Я сказал, что это будет вечеринка для своих.
— Да.
