Внутренняя безопасность отстроила ловушку для потенциальной террористки, но их план разыгралась в невероятном масшателе. Вечерний звонок Данила Гордеева срывает молчание и заставляет прозревать скрытые угрозы в городской атмосфере.
Я ликующе уставилась на прибор, невероятно довольная собой."
"К концу дня руки тряслись, цифра на датчике переползла за двести единиц, а лицо стянула благостная улыбка. Пришедшая вечером Надежда молча занесла мои результаты в таблицу на компьютере и, пропустив меня вперед, закрыла за нами кабинет:
— Завтра продолжим. В восемь будь на месте.
— Всего доброго, — с улыбкой попрощалась с женщиной и в приподнятом настроении отправилась за Мирой.
— Ночью я уйду, — сказал Дмитрий за ужином.
Вопрос ""куда"" я проглотила вместе с глотком чая.
— Если не вернусь к семи, отведи Миру сама.
— Ты можешь не вернуться? — обеспокоенно спросила я.
— Могу задержаться. Не волнуйся. Я зайду к тебе в лабораторию.
— Хорошо, — без особой уверенности кивнула я.
— Как раз смогу передать твое сообщение.
— Спасибо. Это очень важно для меня.
— Помню.
Несмотря на предупреждение, утром, обнаружив отсутствие охотника, я снова почувствовала тревогу. Покормила Миру, отвела ее на занятия и пришла в лабораторию.
— Достаточно, способная моя, — с усмешкой прервала меня женщина. — Теперь попробуй делать паузы перед тем, как сбросить заряд. Забирай энергию и засекай время. Сначала по минуте, потом наращивай. Начинай.
Щекотка прокатилась по пальцам, охватив ладони. Держа руки на весу, я уставилась на циферблат. И снова пришло ощущение, как в самом первом испытании — покалывание стало интенсивнее, затем болезненнее.
— Сможешь дольше?
— Смогу, — обречённо согласилась я, снова набирая заряд.
Через некоторое время стало понятно, что мой предел — это восемь минут.
— А сколько нужно? — вымученно спросила я Надежду.
— Чтобы выйти на охоту? Хотя бы восемь часов.
— Это вообще реально? — потрясенно спросила я.
— Рекорд — двое суток, — усмехнулась Надежда.
— Дмитрий обещал зайти, — спохватилась я, глянув на часы.
— Он уходил на охоту? — нахмурилась женщина.
— Да.
— Иди обедай, я узнаю.
Я пообедала с Мирой в буфете, вновь удивившись тому, что привередливая племянница с аппетитом уплетает непривычные для нее блюда. На меня поглядывали с любопытством, но знакомиться никто не подходил.
— Мы сегодня рисовали долматов, — вдруг сказала Мира.
— Вот как?
— Ага. Хочешь посмотреть?
— Хочу.
Мира залезла в свою папку и достала рисунок.
