В тёплый летний вечер над селом Кривцово накатывается сумерки, а вокруг жужжат мухи и шуршит земля, впитывая последний дыхание дня. Аромат свежевыспаренного сена смешивается с запахом улицы и глины после прошедшего дождя, создавая невероятно реалистичную атмосферу деревенского быта....
Чувствуя металлический привкус во рту, на автомате закрылся, чтобы немного прийти в себя.
Иван не отступал. Понятно. Решил вымотать. Я сделал обманный выпад и, пригнувшись, поднырнул под руку, нанеся ещё один удар. Соперник ушёл в клинч, обхватив моё туловище подмышками. От него пахло кровью, потом и отчаянием. Он сам выдыхался и теперь пытался хоть немного удержать меня, его грудь тяжело вздымалась.
Рефери – высокий, тощий мужик, развёл нас в стороны.
Народ взволнованно гудел, кто-то в азарте начал орать.
– Дядька, воды? – подскочил Филька.
– Ага, – протянул руку и взял стакан. Прополоскал рот, сплюнул за ограждение и вышел на ринг.
Иван покинул свой угол.
Мы достаточно потешили публику, пора переходить к настоящему бою.
Соперник хоть и был неплохим бойцом, но частенько совершал ошибки. Вот и сейчас он открылся, получив удар в рёбра и следом ещё один. Захват и короткий бросок. С цементного пола взметнулось облачко пыли.
– А-а-а!!!! – Народ взревел. – Бугай! Бугай!
– Ива-а-ан! – заверещал кто-то.
Тряхнув головой, соперник, зло оскалившись, поднялся. Такая сильная эмоция – не лучший советчик. Пригнувшись, он двинул на меня. Ловко уйдя от атаки, я развернулся всем корпусом, проведя классическую подсечку. Добивать не стал. Рано. Ещё не успев подняться, Иван ринулся ко мне снова. Я пригнулся, принял на себя его вес и перекинул через туловище.
– Буга-а-ай!!!!
Трибуны неистовствовали. Ревели люто!"
"Пошатываясь, Иван упрямо поднялся. Встречи с цементным полом не прошли даром.
– Ива-а-ан! – тот же истеричный вопль и остальные подхватывают его, неся волной по залу.
Противник уже видит свою победу, глаза сверкают.
В этот раз он не встал, лежал, задыхаясь от ушиба – вышибло воздух из лёгких, и теперь противник пытался глотнуть живительного кислорода, при этом вздрагивая всем телом.
Рефери подскочил к нему. Толпа замерла, впившись в нас глазами. Иван с трудом отрицательно мотнул головой.
Рефери подошёл ко мне.
– Буга-а-а-й! – гаркнул он так, что я чуть не подпрыгнул.
