Автор
В России начала двадцатого века, где власть была непредсказуемой и жестокой, произошел трагический инцидент. Молодой студент Карпович прикончил министра народного просвещения за несправедливое решение. Это событие стало отправной точкой для безумных изменений в стране, когда власть потеряла контроль над своими подданными....
– Да правильно мы сделали! – закричал подполковник так, что из приемной в испуге прибежал секретарь. – Этого ученого надо было живьем зажарить его же аппаратом!
– Вы, собственно, так и поступили.
– Забыли, коллежский советник, что рассказывал штабс-капитан Григорьев? А? Про взрыв Зимнего дворца, про торговлю Филиппова с Гершуни! Вот мы не забыли.
– Кто «вы»?
– Патриоты России, вот кто.
– В кабинете министра внутренних дел вам придется назвать всех «патриотов» по именам, – пригрозил Лыков.
Но начальник ПОО не испугался:
– Доносите! Мне плевать, я знаю, что поступил правильно.
Потом вдруг притих, снял трубку телефона и приказал:
– Срочно найти Енотаевского и доставить ко мне. Под конвоем!
Посмотрел на сыщика, словно бы в первый раз его увидел, и скривился:
– Прочь с глаз моих!
После этого действительно пора было идти к Плеве с докладом. Министр принимал должностных и частных лиц ежедневно с одиннадцати до двенадцати в своей квартире на Фонтанке, 16, кроме четвергов и неприсутственных дней.
Дурново оказался на совещании. Алексей Николаевич записался к нему на прием в четыре часа и ушел. Ему не хотелось идти на службу. Вдруг Плеве вспомнит о своем поручении? Дома тоже находиться опасно – вызовут по телефону. Мозолить глаза Таубе? Но тот уже знает от Мариана Ольгердовича, что чины МВД отдают русских ученых на расправу германским шпионам. Барон не удивился, он видел и не такое.
"Еще чуть-чуть сосало под ложечкой. Сазонов тоже доложил по команде об угрозах сыщика. А вдруг сплетни про охранку и ее методы правдивы? Подойдешь к дому, а на тебя ни с того ни с сего нападет маниак с ножом…
В итоге сыщик проторчал полдня в Русском музее императора Александра Третьего. Кстати, отдохнул душой.
